Xreferat.com » Рефераты по языковедению » Образ женщины в картине мира англоязычной личности

Сколько стоит написать твою работу?

Работа уже оценивается. Ответ придет письмом на почту и смс на телефон.

?Для уточнения нюансов.
Мы не рассылаем рекламу и спам.
Нажимая на кнопку, вы даёте согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь с политикой конфиденциальности

Спасибо, вам отправлено письмо. Проверьте почту .

Если в течение 5 минут не придет письмо, возможно, допущена ошибка в адресе.
В таком случае, пожалуйста, повторите заявку.

Спасибо, вам отправлено письмо. Проверьте почту .

Если в течение 5 минут не придет письмо, пожалуйста, повторите заявку.
Хотите промокод на скидку 15%?
Успешно!
Отправить на другой номер
?Сообщите промокод во время разговора с менеджером.
Промокод можно применить один раз при первом заказе.
Тип работы промокода - "дипломная работа".

Образ женщины в картине мира англоязычной личности

Курсовая работа

на тему:

«Образ женщины в картине мира англоязычной личности»

Содержание

Введение

Глава 1. Пословицы как средство отражения картины мира

Глава 2. Афоризмы как средство отражения картины мира

Глава 3. Оценка образа женщины в пословицах и афоризмах англоязычных народов

Заключение

Список использованной литературы



Введение

Картина мира включает в себя представления и личности и ее отношении к обществу, о свободе, равенстве, чести, добре и зле, о праве и труде, о семье и сексуальных отношениях, о ходе истории и ценности времени, о соотношении нового и старого, о смерти и душе. Картина мира передается от поколения к поколению, неисчерпаема по содержанию и служит основой человеческого поведения.

И хотя в картине мира каждого человека присутствуют представления обыденного, религиозного, философского и эстетического сознания, благодаря чему возникает полифонический образ мира, каждый из людей старается увидеть свой, особый фундаментальный вселенский образ, который в большей степени соответствует его потребностям в смысле жизни.

В своем развитии картина мира любого этноса проходит путь от народной (наивной, мифологической) до научной. С.Е. Никитина рассматривает языковое народное сознание как часть культурного сознания, так как между осознанием элементов языка и других элементов культуры нет четко выраженной границы. Языковое народное сознание является воплощением народного миропонимания в языковой форме, в языковых стереотипах [17,34].

Пословицы и афоризмы любого языка (в данном английского) представляют собой продукты языкового народного сознания как материализация опыта поколений и отдельных представителей данного народа соответственно. Обе эти формы обращаются в сфере внутринационального общения, то есть, как отмечает В.А. Аврорин, «в рамках употребления языка, равно как и той или иной языковой формы его существования, совпадающих с границами соответствующего этнического единства (народа)» [1,19].

Пословицы и афоризмы являются отдельными познавательными актами, выраженными в изолированных языковых структурах. Поэтому, как отмечает Г.В. Колшанский их интерпретация может быть адекватной лишь при учете не только самого языкового выражения, но и знания о действительных ситуациях, приобретенных русским или англичанином на основе, как своего индивидуального опыта, так и общественного опыта, закрепленного и переданного в языковых формах (текстах) [13,79]. Особенности языкового общественного сознания накладывают свой отпечаток на пословицы и афоризмы английского языков и составляют национальный языковой характер англоязычных народов. Национальным языковым характером, в свою очередь, обусловлен и тот факт, что английские пословицы и афоризмы известны и понятны в большинстве своем носителям английского языка и гармонично входят в их мировосприятие как неотъемлемая часть общей картины реальности. В то же время, для иноязычного представителя человечества они наполнены национальным колоритом и могут быть даже непонятны, если его картина мира значительно отличается от картины мира русских или англичан. Поскольку предметом данного исследования являются пословицы и афоризмы английского языков как средство отражения картины мира, необходимо разграничить формы существования языка, к которым они принадлежат. Несмотря на то, что и пословицы, и афоризмы являются продуктами народного языкового сознания, сферы их появления и принадлежности различны. Пословицы принадлежат к фольклорной форме языка, а афоризмы – к литературной форме языка.

Особенности языковых единиц во многом обусловлены особенностями формы существования языка, к которой они принадлежат. Помимо этого, интеграция литературной и фольклорной сфер позволяют единицам быть более мобильными и переходить из одной сферы в другую при определенных обстоятельствах.

Цель данного исследования – изучение образа женщины в картине мира англоязычной личности. В процессе данного исследования будут изучены пословицы и поговорки как средство отражения картины мира и дана оценка образа женщины в пословицах и афоризмах англоязычных народов.

Глава 1. Пословицы как средство отражения картины мира

В лингвистическом энциклопедическом словаре пословица определяется как «краткое, устойчивое в речевом обиходе, как правило, ритмически организованное изречение назидательного характера, в котором зафиксирован многовековой опыт народа», имеющее форму законченного предложения, обладающее буквальным и переносным значением, или только переносным.

Составитель знаменитого словаря русских пословиц В.Даль дает следующее определение пословицы: «Пословица – коротенькая притча. Это суждение, приговор, поучение, высказанное обиняком и пущенное в оборот, под чеканом народности. Как всякая притча, полная пословица состоит из двух частей: из картины, общего суждения и из приложения, толкования, поучения, нередко, однако же, вторая часть опускается, предоставляется сметливости слушателя» [7,89].

Будучи неотъемлемым элементом фольклора, а в более широком смысле и народно-разговорного языка в целом, пословица полностью удовлетворяет следующим требованиям народной эстетики:

  1. выражение объективации через конкретные и знакомые образы. Пословица воспринимается как глубокое и обобщенное и в то же время как естественное, эмоциональное и доходчивое афористическое изречение. (Цыплят по осени считают. – бытовая ситуация используется для обозначения общего положения: о результатах можно судить только когда дело уже закончено.) (Здесь и далее примеры автора).

  2. Слаженность звучания. (Взялся за гуж, не говори, что не дюж.

  3. Лаконичность и компактность речи. (Баба с возу – кобыле легче.

  4. Доброжелательность и гуманность высказывания. (Доброе дело само себя хвалит.

  5. Конкретизация и олицетворение отвлеченных понятий. (Семь топоров вместе лежат, а две прялки врозь. – Женская дружба не такая крепкая как мужская.)

На принадлежность пословицы именно к сфере фольклора указывает также изустный характер передачи этих единиц.

Уже в самом своем названии пословица, по мнению Т.З. Черданцевой, содержит непосредственное указание на отношение к устной речи.

В.Даль также рассматривает пословицу как продукт исключительно народной среды общения: «Что за пословицами и поговорками надо идти в народ, в этом никто спорить не станет, в образованном и просвещенном обществе пословицы нет... Готовых пословиц высшее общество не принимает, потому что это картины чуждого ему быта, да и не его язык; а своих не слагает, может быть из вежливости и светского приличия: пословица колет не в бровь, а прямо в глаз» [8, 75].

Но если в фольклоре место пословицы неоспоримо, то в лингвистике единого мнения по поводу того, к какой области относится пословица, не существует. Ученые Московской школы причисляют ее к фразеологии, сторонники Ленинградской школы выделяют в науку паремиологию. В виду неоднозначности лингвистических подходов к пословице, в данной работе будут рассмотрены лишь ее основные характеристики, релевантные для подтверждения того, что она является средством отражения картины мира носителями русского и английского языков.

Признается, что пословица отражает какое-либо явление действительности, наблюдаемое людьми с древних времен, и поэтому являющееся частью коллективного опыта народа. Как утверждает А.В. Артемова, «пословицы отражают не фрагмент действительности, а переосмысленное понятие о явлениях реального мира. Все их значения связаны с человеком, его восприятием мира и отношением к действительности».

Одной из специфических черт пословицы, как считает И.Е. Аничков, является сознательность ссылки на народный опыт. Этим она отличается от остальных смысловых единиц языка, которые представляют собой не осознаваемое как таковое использование опыта предшествующих поколений [2,45].

Таким образом, при употреблении пословицы проблема истинности высказывания снимается, так как человек говорит не от себя, а ссылаясь на чужой и тем самым объективируемый опыт.

С кумулятивной функцией пословицы неразрывно связана ее назидательная функция. Представляя собой формулы народной мудрости, пословицы претендуют на универсальность заключений и выводов и на возможность их приложения ко всем людям в качестве неписаного закона. Следующие тесно взаимосвязанные характеристики пословицы – ситуативность и обобщенность. А.В. Артемова отмечает, что «особенность человеческого мышления (восприятия) заключается в том, что он выделяет из всех явлений некую суть, в которой заключен главный смысл языковой единицы. Таким образом, в пословице образ всегда редуцирован, то есть представляет собой схематическую передачу ситуации, в которой выделяется специфическая черта, основное в данной ситуации» [4,56].

Знакомство носителя языка с экстралингвистическим опытом, послужившим основой для той или иной пословицы, позволяет ему воссоздать связь исходной ситуации с настоящим положением вещей, в чем ему способствует наглядность, конкретность пословичных образов. Несмотря на то, что проблема истинности снимается, когда речь идет о пословице, остается другая проблема: верно ли она употреблена, то есть, существует ли аналогия между пословичной ситуацией и обсуждаемой.

Многие пословицы возникали как результат наблюдения над событиями объективной реальности (бытовыми, историческими), но некоторые были непосредственно связаны с другими жанрами устной поэзии или письменностью. Генетически пословица могла быть выводом, заключительной моралью басни, сказки или притчи, хотя само произведение уже было забыто. Утеряв первоначальную связь с источником, пословица начинала функционировать в языке в контексте конкретных ситуаций, к которым она могла быть применима.

Как отмечает Ю.П. Солодуб, отношения пословицы и контекста также осложняются возможностью первой иметь буквальное и переносное значение. С одной стороны, совмещение в семантике значительной части пословиц буквального и переносного планов создает основу для их восприятия как ярких образных выражений. С другой стороны, если преобладает прямое значение, выражение становится применимо к более ограниченному количеству ситуаций, в которых задействованы объекты и отношения, характеризуемые конкретными обстоятельствами. (Ср.: Промеж двери пальца не клади! --- палец можно повредить (буквальное значение)/ нельзя вмешиваться в заведомо опасную ситуацию (переносное значение)) Нет структур, более глубоко вписанных в контекст, чем паремиологические. Пословица привязывается к определенной ситуации и, произнесенная изолированно, вызывает недоумение [20,67].

Д.О. Добровольский и Ю.Н. Караулов несколько по-иному рассматривают поведение пословицы в изолированном контексте: если у высказывания есть возможность идиоматического прочтения, то в этом прочтении оно поднимается в статус единицы лексикона, а при буквальном прочтении интерпретируется как некоторое сочетание единиц лексикона, созданное на случай и потому ситуативно и контекстно связанное. Именно поэтому при контекстно независимом предъявлении прочитываются контекстно независимые значения, то есть значения, позволяющие отнести данное высказывание к единицам лексикона [10,52].

Итак, пословица выступает как единица лексикона и средство отражения картины мира носителей русского и английского языков. Ситуативно-обобщенное значение пословицы также реализуется рядом формальных грамматических средств. Формы глаголов в пословице, как правило, указывают на обобщенное время, парадигматический ряд форм времени отсутствует. ( A friend in need is a friend indeed. --- невозможно употребление was, has been, will be вместо is.) Как считает З.К. Тарланов, кроме разрыва действия-состояния с определенным грамматическим временем, пословица также отличается разрывом действия-состояния с определенным лицом-деятелем. (Дураков не жнут, не сеют, они сами родятся.) Вселичность и панхроническая (всевременная) направленность действий-состояний и есть то, что обычно называют обобщенным значением пословицы.

Таким образом, выделяются следующие основные характеристики пословицы:

1. Пословица всегда имеет форму предложения;

2. В своем строении пословица, обращающаяся в языке определенного периода, опирается на продуктивные модели и ведущие тенденции в синтаксическом строе живого народного языка этого периода;

3. Пословица – синтаксически и композиционно завершенное поэтическое произведение, способное к самостоятельному функционированию. Она не имеет контекстуальной привязанности (привязанность – показатель жанровой незавершенности);

4. Пословица не допускает использования слов, конкретизирующих значение синтаксической структуры в пространственном, временном, конкретно-личном и других отношениях;

5. Пословица всегда имеет иносказательный смысл, выражает предельно общее суждение;

6. Синтаксическое значение пословицы реализуется как всевременное или вневременное.

Глагольные формы не образуют парадигмы в рамках грамматической категории времени. Как пишет З.К. Тарланов, пословицы органично совмещают в себе достоинства народной энциклопедии, поэтических шедевров и неотразимых в своем изяществе фигур ораторского искусства. Будучи ярким образным выражением, несущим в себе непреложную истину и народную мудрость в емкой и доступной форме, пословица обладает высокой воспроизводимостью в речи. На протяжении веков некая мысль выражалась людьми по-разному, пока содержание не обрело оптимальную форму, узнаваемую и принятую всеми членами данной языковой общности, в соответствии с их мировосприятием. Поэтому пословицы, как отмечает А.В Кунин, нередко понимаются носителями языка «с полуслова» и могут воспроизводиться эллиптически. (Твоими бы устами (да мед пить); На безрыбье (и рак рыба). Той же причиной объясняется и тенденция к устареванию и постепенному выходу из употребления пословиц, состоящих из более чем десяти слов или содержащих архаические элементы, препятствующие удобному воспроизведению в речи [20,54].

Как отмечают Н.Т. Федоренко и Л.И. Сокольская, поскольку архаизмы обозначают понятия, устаревшие или ушедшие из современной картины мира данного народа, они препятствуют не только воспроизведению пословицы, но и узнаванию описываемой ею ситуации даже носителями языка. Тем не менее, уже существующие пословицы бессмертны. Они являются важнейшим материалом для изучения исторических событий, этнографии, быта и мировоззрения народа. Выдержав оценку временем, они органично слились с речью; всегда будут украшать ее остроумием, способностью метко и точно охарактеризовать все многообразные проявления жизни [21,89].

На основе вышеизложенного можно заключить, что именно благодаря таким своим характеристикам, как образность, обобщенность и воспроизводимость, пословица выполняет свою назидательную функцию и является специфичным средством отражения картины мира носителями определенного языка, в данном случае – английского.


Глава 2. Афоризмы как средство отражения картины мира

Как единица литературного жанра, афоризм – древнейшее явление. Есть свидетельства о существовании афористических изречений еще в начале третьего тысячелетия до нашей эры в Египте. Страны Востока подарили человечеству такое сокровище афористики как древнекитайская «Книга перемен И-Цзин». Большой вклад в эту сферу внесли такие древнегреческие и римские мыслители как Солон, Пифагор, Сократ, Аристотель, Сенека, Публий Сир. Официально афоризмы утвердились в истории с момента издания «Карманного Оракула» испанца Балтасара Грасиона в 1647.

В русской и английской литературе известны такие авторы афоризмов как Л.Н. Толстой, А.С. Пушкин, А.П. Чехов, М.Ю. Лермонтов, У. Шекспир, Дж.Б. Шоу, О. Уайлд, Дж. Свифт, Р. Киплинг.

По определению Н.Т. Федоренко и Л.И. Сокольской, афоризмы – «краткие, глубокие по содержанию и законченные в смысловом отношении суждения, принадлежащие определенному автору и заключенные в образную, легко запоминающуюся форму» [21,54].

Сфера появления и обращения афоризмов – литературный язык. Н.Т. Федоренко и Л.И. Сокольская ставят афоризмы на промежуточный уровень между областью литературы и науки, так как «выразительность и образность сближает афоризмы с художественной литературой, свойство синтеза мыслей, установление связи между явлениями, точность и лаконизм роднят их с наукой» [21,75].

Сила афоризмов заключается в совершенстве подобранных выражающих слов и в умелом возведении актуальных частных явлений жизни в общие принципы, в доминирующие идеи. Им присуща и воспитательная роль, поскольку они расширяют мир духовных запросов людей и формируют их моральные убеждения. Но поучение в афоризмах происходит не механически: в силу лаконичности они побуждают читателя к собственному размышлению, являются своеобразным катализатором мысли, ускорителем процесса возникновения ассоциаций и идей. Предельная экономия слов, глубина семантики, яркая образность делают афоризмы стилистическими шедеврами, которые становятся действенным средством в борьбе с однообразием и серостью человеческой речи.

Обладая ситуативно-обобщенным значением, кроме обозначаемой ситуации афоризм также вызывает в сознании произведение, в котором присутствует фраза-прототип, имя автора, возможно, еще какую-либо экстралингвистическую информацию о последнем, его творении и обстоятельствах его создания. Все это составляет, по определению Е.М. Верещагина и В.Г. Костомарова, «афористический фон». (Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему – автор: Л.Н. Толстой, произведение: «Анна Каренина», обстоятельства: события в семье Облонских.)

Принцип истинности афоризма заключается в том, что индивидуальный автор афоризма выступает в качестве авторитета. У авторитета нет, и не может быть внутренних противоречий. Он всегда рассуждает последовательно и не отступает от однажды принятой точки зрения. Единственное, что он может сделать - это конкретизировать свою позицию применительно ко вновь возникшим обстоятельствам [16,79].

Таким образом, у индивида, использующего афоризм, нет необходимости отстаивать позицию, занятую в высказывании, так как он делает ссылку на опыт авторитета. Интересен и тот факт, что периоды максимального развития афоризмов совпадают с переломными событиями в жизни общества, обостренной идеологической борьбы, сопровождающей эти события, когда на первый план выходят личности, способствующие этим процессам в обществе, то есть идеологические авторитеты. Н.Т. Федоренко и Л.И. Сокольская выделяют следующие специфические признаки афоризма:

- глубина мысли; (Самое неоспоримое свидетельство бессмертия – это то, что нас категорически не устраивает любой другой вариант. Р. Эмерсон)

- обобщенность; (Первое правило бизнеса: поступай с другим так, как он хотел бы поступить с тобой. Ч. Диккенс)

- краткость; (Если боитесь одиночества, то не женитесь. А.П. Чехов)

- законченность мысли; (Единственный способ отделаться от искушения – поддаться ему. О.Уайлд)

- четкость и выразительность; (Если ты разгневан, сосчитай до четырех; если сильно разгневан, выругайся. М.Твен)

- художественность. (Женщина – это красавица мира, венец творения. Н.В. Гоголь)

Итак, афоризм как литературное средство отражения картины мира автором, принадлежащим к определенной языковой общности, позволяет более точно и информативно высказать, придает речи определенную стилистическую окраску, соотнося ее со стилем оригинального автора. Кроме того, возможность ссылок на опыт автора позволяет использовать афоризм как «прагматическое орудие» с ярко выраженной назидательной функцией. В общем, авторская позиция является частным случаем отражения картины мира носителем определенного языка, в данном случае – русского и английского.

Пословицы и афоризмы любого языка являются единицами, отражающими картину мира носителей этого языка. По мнению А.В. Артемовой, «пословицы и афоризмы как зеркало национальной культуры содержат в себе большой объем информации о традициях, устоях, своеобразии миропонимания и менталитета того или иного языкового сообщества» [4,58]. Они вызывают в сознании носителей языка определенную совокупность сведений, которая, с одной стороны, определяет логическую конструкцию выражения, а с другой – обусловливает границы употребления данного выражения, связь с определенными жизненными ситуациями, явлениями истории и культуры народа.

Благодаря распространению печатного слова, афоризмы получили признание в народе и некоторые из них могли восприниматься как пословицы. Известные авторы могли использовать пословицы для выражения собственной идеи, и те выступали как средство передачи мировосприятия, принадлежащее к литературному жанру.


Глава 3. Оценка образа женщины в пословицах и афоризмах англоязычных народов

Поскольку в данной работе рассматривается отражение образа женщины в пословицах и афоризмах английского языка, оно неизбежно будет носить оценочный характер. Так как пословицы и афоризмы выступают в роли назидательных речений, они автоматически приписывают реальности, которую отображают, некую оценочную шкалу с полярными понятиями хорошо-плохо, нравственно-безнравственно, приемлемо-неприемлемо.

Как отмечает А.В. Артемова, при восприятии объективного мира человек определяет для себя ценностные ориентиры. Все происходящее вокруг оценивается субъектом на основании принципа хорошо-плохо, добро-зло, красиво-безобразно, то есть объект действительности рассматривается с точки зрения его соответствия норме [4,35].

В определении оценки отдельных элементов образа женщины в пословицах и афоризмах русского и английского языков должны учитываться оценочные стереотипы, которые включают как собственные свойства предметов, образующие стандартные наборы признаков, так и стереотипные представления о месте объекта в ценностной картине мира, иными словами, опираются на объективные и субъективные факторы оценки.

По мнению Е.М. Вольфа, в картине мира социума имеется некое постоянное усредненное представление о данном объекте с соответствующими количественными и/или качественными признаками.

Так как в данной работе образ женщины в пословицах и афоризмах английского языка рассматривается в совокупности своих моральных и поведенческих качеств, это происходит с учетом и правовых, и моральных норм англоязычных народов. Необходимо уточнить роль субъективного и объективного компонента оценки. Субъективный компонент предполагает положительное или отрицательное отношение субъекта к объекту оценки, в то время как объективный компонент оценки ориентируется на собственные свойства предметов или явлений, на основе которых выносится оценка.

По словам А.В. Артемовой, «оценочность имеет объективно-субъективный статус: ее объективность проявляется в том, что она до некоторой степени отражает систему принятых в обществе норм, а субъективность – в выражении мнения субъекта об обозначаемом» [4,49].

Таким образом, в оценке образа женщины в пословицах английского языка преобладает объективный компонент в виде отражения морально-бытовых норм ангоязычных народов. В афоризмах же более значительную роль играет субъективный компонент, то есть отражение взгляда автора на объект оценки, в данном случае – на образ английской женщины. Поскольку обе анализируемые единицы выступают ситуативно и контекстно независимо, они принимаются за единицы лексикона, а не сочетания отдельных единиц лексикона.

Это речевые акты, назначение которых состоит в оказании определенного (поощряющего или запрещающего) воздействия на адресата. Подобная коммуникативная установка, как отмечает Т.В. Писанова, содержится в пословицах и афоризмах как в оценочных суждениях в виде коннотации (положительной или отрицательной).

Предметное значение единицы, по мнению А.В. Артемовой, перестает быть основным, сливаясь с непредметным, коннотативно-прагматическим. Например: Бабьи хоромы недолго живут. – предметное значение: дом, построенный женщиной непрочен и может быть легко разрушен; оценочный компонент коннотативного значения выражается через соотношение утверждения «то, что создано женщиной, создано некачественно и само по себе недолговечно» и национально-культурного отношения к плохо проделанной работе. Отсюда следует вывод о том, что социально-значимая деятельность женщины оценивается данной пословицей отрицательно [4,65].

По мнению В.Н. Телия, «само идеографическое поле женщина складывается изо всех наименований, обозначающих Евино племя, из которых родовым является женщина, а так же баба (в обыденном менталитете русских), а видовыми все остальные обозначения», характеризующие их по: - возрасту (девочка, старуха) - сексуальному аспекту (основным именем выступает слово баба и его сниженные дериваты типа бабец, бабища и их синонимы)[отсутствует в английском языке] - семейному статусу (жена, невестка, теща) - социально-семейному статусу (хозяйка, вдова, докторша) - типу родственных отношений (мать, внучка) - принадлежности к социальным слоям (барыня, простолюдинка) - социальным ролям (кухарка) - трансцендентно-мистическим сферам (колдунья) или к чуждому миру (русалка, ведьма).

Следует особо разграничить термин «баба», присущий более обыденному видению женщины, и «женщина», чаще фигурирующий в литературной сфере. (Для английского языка это разграничение нерелевантно). Баба – культурно маркированное слово. Его первичное значение – замужняя крестьянка, жена крестьянина, устарело. В словаре русского языка С.И. Ожегова это значение отмечено как просторечное. Также это слово обладает пренебрежительный или ироничный отзыв о женщине в целом, либо просторечный или региональный эквивалент слову «жена».

По свойствам баба – здоровая, работящая, грубая, необразованная, простая, ее облик сексуально привлекателен. Сформировалась идиоэтническая характеризация женщины по этим свойствам, поэтому во фразеологии (а также и паремиологии) этим словом ярче проявляется культурно-национальная специфика концепта женщина.

Как уже было отмечено выше, в английском языке отсутствует вульгаризированный термин, соотносимый с русским баба, тем не менее, и для русского, и для английского обыденного самосознания нехарактерно воспринимать женщину как слабый пол в противопоставление сильному. Подобные сочетания вышли из книжно-романтического дискурса (прекрасная половина человечества – употребляется мужчиной для выражения галантности, часто с оттенком иронии).

Образ «прекрасной дамы» обозначается в английском языке при помощи термина lady. Особый интерес представляет тот факт, что этимологически lady означало «изготовительница хлеба» от hlaf («буханка хлеба») и dige (предполагаемо «тестомес»), связанного с готским deigan («месить»), то есть «глава семьи женского пола» – “housewife”. До сих пор это значение используется в вульгаризме “your good lady” в значении «ваша жена». Однако, в анализируемых единицах английского языка, принадлежащих и к фольклору, и к литературе, используется только обозначение woman.

Как показали результаты практического исследования, в литературном жанре женщина воспринимается с одной стороны как слабое зависимое существо, неспособное на самостоятельные решения и осмысленные поступки, утонченное и хрупкое, избалованное и требующее постоянного внимания к себе со стороны «сильного пола». С другой стороны, женщина – умелая соблазнительница, артистичная и эмоциональная натура, чуткая к красоте и являющаяся ее воплощением. Литературным высказываниям свойственно более снисходительное отношение к женским порокам и признание того, что именно они делают женщину женщиной.

По результатам статистического анализа языкового материала в количестве более 900 пословиц и афоризмов выяснилось значительное превосходство количества единиц с отрицательной коннотацией над количеством единиц с положительной коннотацией и в фольклорном, и в литературном жанрах в материале и русского, и английского языка. Е.Ф. Арсентьева, например, объясняет подобную асимметрию более острой эмоциональной и речемыслительной реакцией людей именно на отрицательные явления, а также характерной для стрессовых состояний тенденцией к использованию готовых речевых форм, каковыми и являются пословицы и афоризмы.

Основываясь на схеме анализа образа женщины А.В. Артемовой, образ женщины в пословицах и афоризмах русского и английского языка был параметризован по основным предложенным категориям [4,69].

Наибольшее количество языковых единиц с отрицательной коннотацией посвящено психологическому аспекту характера. В свою очередь, самые многочисленные единицы этого раздела отражают женскую лживость и коварство: Бабья вранья и на свинье не объедешь; The laughter, the tears and the song of a woman are equally deceptive; Женщина обманет самое всевидящее око. Ф.М. Достоевский; Если вы хотите узнать, что на самом деле думает женщина, смотрите на нее, но не слушайте. О Уайлд.

Следующей наиболее отмечаемой чертой женского характера является упрямство и своеволие: Стели бабе вдоль, она меряет поперек; The way of women: when you will they won’t, and when you won’t they are dying to; Если женщина решительно захочет чего-нибудь, для нее нет невозможного.

Следующее место по употребляемости занимают пословицы и афоризмы о женской изменчивости и непредсказуемости: Пока баба с печи летит, семьдесят дум передумает; A woman’s mind and wind change oft; Женщина – или греза, или кошмар: и в обоих случаях она изменчива. И.И. Ясинский.

Болтливость женщины издавна давала повод для насмешек и метких острот: Бабий язык, куда ни завались, достанет; A woman’s tongue wags like a lamb’s tail; The trouble with her is that she lacks the power of speech but not the power of conversation. G.B. Shaw

Женское тщеславие было тонко отмечено русскими и английскими афористами: Лесть всегда приятна, тем более женщине, в какой бы нелепой форме она не выражалась. И.Чернышев/

Большинство людей любят лесть вследствие скромного мнения о себе, большинство женщин – по противоположной причине. Д. Свифт; The wife that loves the looking-glass hates the saucepan.

Скопидомство/расточительство также считались чисто женскими пороками: Пусти бабу в рай, она и корову за собой ведет; Чего не сделает женщина за цветную тряпичку! М.Ю. Лермонтов; Разбойники требуют кошелек или жизнь, женщины – и то, и другое. С. Батлер; A woman can throw away more with a spoon than a man can bring in with a shovel.

И, наконец, еще одной яркой чертой женского характера признается любопытство: Тайна, какого рода ни была бы, всегда тягостна женскому сердцу. А.С. Пушкин;Знаете ли вы как велико женское любопытство? Почти так же, как и мужское. О.Уайлд

Показная слезливость была действенным орудием в отношениях и критических ситуациях: Баба слезами беде помогает; As great a pity to see a woman cry as a goose go barefoot.

Следующий по количеству встречаемых единиц психологический аспект – мышление. Самой яркой особенностью женского мышления и в фольклорном, и в литературном жанре признается нелогичность: Меж бабьим «да» и «нет» не проденешь иголки; Because is a woman’s reason; Женщин трудно убедить в чем-нибудь: надобно их довести до того, чтобы они убедили себя сами. М.Ю. Лермонтов

Немало единиц открыто провозглашают женскую глупость: Волос долог, да ум короток; When an ass climbs a ladder, we may find wisdom in a woman; У нас женщины тем и сохраняют свою красоту, что никогда ничего не думают. А.Н. Островский; Читающая нравоучения женщина сродни стоящей на задних лапах собаке: удивительно не то, что она этого не умеет, а то, что за это берется. С. Джонсон.

В качестве одной из причин несовершенства женского мышления называют чрезмерную эмоциональность: Женское сердце что котел кипит; A woman