Xreferat.com » Топики по английскому языку » Вербально-семантический уровень языковой личности (на материале комического дискурса)

Вербально-семантический уровень языковой личности (на материале комического дискурса)

Министерство образования Российской Федерации

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Татарский государственный гуманитарно-педагогический университет

Факультет иностранных языков

Кафедра английского языка и методики преподавания


Вербально-семантический уровень языковой личности (на материале комического дискурса)


Выпускная квалификационная работа:

студента группы 08-0501

Гиниятуллин А.А.

Научный руководитель:

Доктор филологических наук, профессор Солнышкина М.И.


Казань 2011

Оглавление


Введение

1.Структура языковой личности

1.1 Дискурс: понятие и характеристика

1.2 Комическое как социальная ценность

2. Художественное произведение Уйльяма Шекспир «Король Лир» и его комический герой Шут


Введение


В истории современной лингвистики наблюдается постепенное увеличение размера языковых составляющих, оказывающихся в фокусе интереса исследователей. Нетрудно заметить, что в течение большей части ХХ в. основные интересы лингвистов постепенно смещались – сначала с фонологии на морфологию, затем на синтаксис. В последние десятилетия стало ясно, что синтаксические составляющие – это далеко не максимальные языковые единицы, которые подлежат научному изучению. Возник уровневый раздел лингвистики, исследующий целые дискурсы – анализ дискурса, или дискурсивный анализ. По-видимому, можно утверждать, что увеличение составляющих, находящихся в центре внимания, – это главная тенденция современной лингвистики. Одна из ранних работ, где данная тенденция была заявлена уже в за головке, была опубликована 60 лет назад. Но, как известно, научные идеи не всегда быстро пробивают себе дорогу [1].

Процесс переноса интереса с синтаксиса на дискурс еще далеко не завершен и не отрефлексирован, но представляется, что это необратимый процесс. Все большее число лингвистов разделяет мнение, что исключение единиц «больших, чем предложение» из сферы науки о языке отнюдь не идет на пользу. А если такие единицы начинают рассматриваться как респектабельный объект научного анализа, то недалеко и до осознания простого факта: дискурс – это единственный заведомо реальный лингвистический объект [34].

Люди разговаривают между собой дискурсами, а не предложениями и тем более не морфемами или фонемами. Это отличает дискурс от других языковых единиц, которые представляют собой научные конструкты, плоды того или иного анализа, а раз так, то и трудно достичь согласия относительно их состава и природы.

Поэтому естественное построение лингвистики как науки и следовало бы начинать с исследования дискурса, а лишь с учетом этого уровня исследовать более мелкие единицы, полученные в результате аналитических процедур.

Таким образом, для понимания разнообразия дискурса необходимо учитывать не менее четырех параметров – модус, жанр, функциональный стиль и формальность. Все они независимы друг от друга и дают невероятно сложную комбинаторику различных возможностей. Различные типы дискурсов, выделяемых на разных основаниях, в западной лингвистике иногда именуются регистрами.[35] Представляется, что комбинаторика типов дискурса должна быть подробно исследована, с этим в значительной мере и связан дальнейший прогресс дискурсивного анализа как научной дисциплины. Такое исследование имеет по крайней мере три аспекта. Во-первых, важно исследовать дискурсивное разнообразие как таковое.

Предметом данной работы является вербально-семантический уровень языковой личности шута в поэме Шекспира «Король Лир». Обьектом исследования данной работы являются – вербально семантический уровень на материале комического дискуса.

Целью данной исследовательской работы является исследование и анализ вербально сематического уровня на материале комического дискурса художественного героя шута пьесы «Король Лир».

Для достижения данной цели, работа ставит перед собой следующие задачи:

1) Изучение и характеристика структуры языковой личности.

2) Выявить категории комического дискурса как объекта лингвистического исследования, при этом дав общую характеристику дискурса.

3) Определение дискурса как объекта лингвистического исследования в художественном произведений на материале комического дискурса.

Теоретическая значимость и новизна: Научно-исследовательская значимость данной работы заключается в обобщении всего имеющегося материала в сфере изучения комического дискуса, а также литературы, посвященной вербально сематическому уровню. Скрепленного авторскими выводами и исследовательскими наблюдениями.

Практическая ценность работы определяется возможностью использования теоретических результатов в преподавании курсов и спецкурсов по лингвистике текста, а также при обучении речевому общению в профессиональной сфере. Кроме того, результаты работы могут быть использованы в практике преподавания русского языка как иностранного.

Материал и методы исследования. В качестве основного метода исследования в работе использован структурно-описательный анализ. При помощи данного метода анализировались такие основополагающие понятие как дискус, вербально семантический уровень языковой личности. А также ряда текстов, анализ основных признаков которого и его структурно-типологических особенностей общей структуры дискурса и его основные признаки. Выявление основных признаков дискурса проводилось на основе сопоставления его с текстом. Структурно-описательный метод позволил определить типы связей текстов между собой в составе конкретного дискурса и выявить его структурные особенности. Вспомогательными методами послужили: комплексно-исследовательский, системно-математический методы.

1. Структура языковой личности


Термин «языковая личность», начиная с 80-х годов прошедшего столетия и до сегодняшнего дня, является одним из самых частотных и популярных в отечественной лингвистике.

Само понятие языковой личности в которой человек рассматривается с точки зрения его «готовности производить речевые поступки, создавать и принимать произведения речи». Ввел же это понятие в широкий научный оби ход Ю. Н. Караулов, который считает, что языковая личность – это человек, обладающий способностью создавать и воспринимать тексты, различающиеся: «а) степенью структурно-языковой сложности; б) глубиной и точностью отражения действительности; в) определенной целевой направленностью» [1. С. 57].

Ю. Н. Караулов разработал уровневую модель языковой личности с опорой на художественный текст. Языковая личность, по его мнению, имеет три структурных уровня. Первый уровень – вербально-семантический (семантико-строевой, инвариантный), отражающий степень владения обыденным язы ком. Второй уровень – когнитивный, на к тором происходит актуализация и идентификация релевантных знаний и представлений, присущих социуму (языковой личности) и создающих коллективное и (или) индивидуальное когнитивное пространство. Этот уровень предполагает отражение языковой модели мира личности, ее тезауруса, культуры. И третий – высший уровень – прагматический. Он включает в себя выявление и характеристику мотивов и целей, движущих развитием языковой личности[30.С.138].

Языковая личность – это многослойная и многокомпонентная парадигма речевых личностей. При этом речевая личность – это языковая личность в парадигме реального общения, в деятельности. Именно на уровне речевой личности раскрывается национально-культурная специфика самого общения.

В содержание языковой личности обычно включаются такие компоненты:

а) ценностный, мировоззренческий, компонент содержания воспитания, т. е. система ценностей, или жизненных смыслов. Язык обеспечивает первоначальный и глубинный взгляд на мир, образует тот языковой образ мира и иерархию духовных представлений, которые лежат в основе формирования национального характера и реализуются в процессе языкового диалогового общения;

б) культурологический компонент, то есть уровень освоения культуры как эффективного средства повышения интереса к языку. Привлечение фактов культуры изучаемого языка, связанных с правилами речевого и неречевого поведения, способствует формированию навыков адекватного употребления и эффективного воздействия на партнера по коммуникации;

в) личностный компонент, т. е. то индивидуальное, глубинное, что есть в каждом человеке. Параметры языковой личности только начинают разрабатываться. Она характеризуется определенным запасом слов, имеющих тот или иной ранг частности употребления, которые заполняют абстрактные синтаксические модели. Если модели достаточно типичны для представителя данного языкового коллектива, то лексикон и манера говорения могут указывать на его принадлежность к определенному социуму, свидетельствовать об уровне образованности, типе характера, указывать на пол и возраст и т. д. Языковой репертуар такой личности, деятельность которой связана с выполнением десятка социальных ролей, должен быть усвоен с учетом речевого этикета, принятого в социуме.

Языковая личность существует в пространстве культуры, отраженной в языке, в формах общественного сознания на разных уровнях (научном, бытовом и др.), в поведенческих стереотипах и нормах, в предметах материальной культуры и т. д. Определяющая роль в культуре принадлежит ценностям нации, которые являются концептами смыслов.

Так, В. В. Красных выделяет в ней следующие компоненты: а) человек говорящий – личность, одним из видов деятельности которой является речевая деятельность; б) собственно языковая личность – личность, проявляющая себя в речевой деятельности, обладающая совокупностью знаний и представлений; в) речевая личность – это личность, реализующая себя в коммуникации, выбирающая и осуществляющая ту или иную стратегию и тактику общения, репертуар средств; г) коммуникативная личность – конкретный участник конкретного коммуникативного акта, реально действующий в реальной коммуникации [9. С. 44].

Языковая личность – социальное явление, но в ней есть индивидуальный аспект. Индивидуальное в языковой личности формирует ся через внутреннее отношение к языку, через становление личностных языковых смыслов; но при этом не следует забывать, что языковая личность оказывает влияние на становление языковых традиций. Каждая языковая личность формируется на основе присвоения конкретным человеком всего языкового богатства, созданного предшественниками. Язык конкретной личности состоит в боль шей степени из общего языка и в меньшей – из индивидуальных языковых особенностей.

Понятие языковой личности не замыкается на индивидуальном пользователе языка, но выходит на уровень национального языкового типа.

Языковая личность является носителем языкового сознания, существующего в виде двух ментальных образований – знаний и модели. Если модели достаточно типичны для представителя данного языкового коллектива, то лексикон и манера говорения могут указывать на его принадлежность к определенному социуму, свидетельствовать об уров не образованности, типе характера, указывать на пол и возраст и т. д. Языковой репертуар такой личности, деятельность которой связана с выполнением десятка социальных ролей, должен быть усвоен с учетом речевого этике та, принятого в социуме.

Языковая личность существует в пространстве культуры, отраженной в языке, в формах общественного сознания на разных уровнях (научном, бытовом и др.), в поведенческих стереотипах и нормах, в предметах материальной культуры и т. д. Определяющая роль в культуре принадлежит ценностям нации, которые являются концептами смыслов.

Язык конкретной личности состоит в боль шей степени из общего языка и в меньшей – из индивидуальных языковых особенностей.

Понятие языковой личности не замыкается на индивидуальном пользователе языка, но выходит на уровень национального языкового типа.

Языковая личность является носителем языкового сознания, существующего в виде двух ментальных образований – знаний и тает, что ментальность является «сердцевиной этнокультуры»[4 .С.87]. Ментальность – это «совокупность типичных проявлений в категориях родного языка понимания человеком (членом данного культурно-языкового общества) внешнего и внутреннего мира, специфическое проявление в процессах познания интеллектуальных, духовных и волевых качеств национального характера» [1. С. 7]. Кроме языковых структур, ментальность «…реализуется образными, понятийными и мифическими структурами или концептами».

Разделение в структуре языковой личности вербально-семантического, тезаурусного, мотивационного уровней и элементов этих уровней (слов, понятий, деятельностно-коммуникативных потребностей) значительно облегчает изучение столь сложного феномена. На уровне ординарной языковой семантики, на уровне смысловых связей слов, их сочетаний и лексико-семантических отношений, по мнению Ю. Н. Караулова, еще нет возможностей для проявления индивидуальности. Конечно, можно констатировать некоторую нестандартность вербальных ассоциаций, но это не дает полных сведений о языковой личности, о более сложных уровнях ее организации. Языковая личность начинается по ту сторону обыденного языка, когда в игру вступают интеллектуальные силы, и первый уровень (после нулевого) ее изучения - выявление, установление иерархии смыслов и ценностей в ее картине мира, в ее тезаурусе [30, 225]. При изучении языковой личности на первом уровне необходимо вычленить из совокупности порожденных ею текстов необыденного содержания специфическую, неповторимую для данной личности часть в ее картине мира. Этого можно достичь при условии, что базовая, инвариантная часть языковой модели мира, характерная для общенационального языкового типа, уже установлена.

Второй уровень анализа языковой личности предполагает характеристику мотивов и целей движущих ее развитием, поведением, управляющих ее текстопроизводством и в конечном итоге определяющих иерархию смыслов и ценностей в ее языковой модели мира [31, 13]. Именно на этом высшем уровне языковая личность представлена в самом об щем смысле. Поэтому к характеристике языковой личности учёного можно прийти, двигаясь: 1) от языка к личности и ее тезаурусу; 2) путем обратным от коммуникативных потребностей, ценностных ориентиров, целей, мотивов и вообще всей совокупности социально-психологических характеристик личности, т.е. на основе всей совокупности указанных характеристик личности, представленных в литературе, выявить наиболее полные сведения об изучаемой личности[32, 15].

Полное описание языковой личности в целях ее анализа или синтеза предполагает: а) характеристику семантико-строевого уровня ее организации (т.е. либо исчерпывающее его описание, либо дифференциальное, фиксирующее лишь индивидуальные отличия и осуществляемое на фоне усредненного представления данного языкового строя, что более приемлемо); б) реконструкцию языковой модели мира, или тезауруса данной личности (на основе произведенных ее текстов или на основе социологического тестирования); в) выявление ее жизненных или ситуативных доминант, установок, мотивов, находящих отражение в процессах порождения текстов и их содержания, а также в особенностях восприятия чужих текстов. По утверждению Ю.Н.Караулова, уровни находятся в зависимости один от другого, но эта зависимость далеко не прямая и не однозначная. Знание об устройстве и особенностях функционирования вербально-семантического уровня данной личности еще не дает оснований делать заключение о языковой модели мира, т. е. от лексикона личности нельзя перейти непосредственно к ее тезаурусу; точно коль скоро нам известен тезаурус личности, мы еще не можем делать вывод о мотивах и целях, управляющих ее текстами [30, 52]. Для перехода от одного уровня к другому каждый раз нужна дополнительная экстралингвистическая информация, поставляемая социальной составляющей языка и связанная с «историей» ее приобретения к принятым в данном обществе стереотипам в соотношении жизненно важных понятий, идей. На основе этой информации от вербально-семантического уровня возможен переход к лингвокогнитивному. Для перехода к мотивационно-прагматическому уровню необходима дополнительная информация о социальном функционировании языковой личности, о ее социальных ролях и референтных группах. Но поскольку личность не только социальна, а и индивидуальна, второй информационной составляющей при переходе к ее «прагматикону» должна быть психологическая, а именно этнонационально - аффективная, характеризующая ее интенциональности в коммуникативно-деятельностной сфере [12, 16].


1.1 Дискурс: понятие и характеристика


Четкого и общепризнанного определения «дискурс» не существует, однако следует отметить широкую популярность, приобретенную этим термином в последнее время.

Дискурс является объектом междисциплинарного изучения. Помимо теоретической лингвистики с исследованием дискурса связаны такие науки и исследовательские направления, как компьютерная лингвистика и искусственный интеллект, психология, философия и логика, социология, антропология и этнология, литературоведение, семиотика, историография, теология, юриспруденция, педагогика, теория и практика перевода, политология и др. Каждая из этих дисциплин подходит к изучению дискурса по-своему.[13]

Основное внимание в настоящей работе уделяется использованию понятия «дискурс» в лингвистике.

Дискурс, понимаемый как текст, погруженный в ситуацию общения, допускает множество измерений. С позиций прагмалингвистики дискурс представляет собой интерактивную деятельность участников общения, обмен информацией, оказание воздействия друг на друга, использование различных коммуникативных стратегий, их вербальное и невербальное воплощение в практике общения. Функциональный подход предполагает обусловленность анализа функций дискурса изучением функций языка в широком социокультурном контексте. Лингвостилистический анализ дискурса выделяет регистры общения, разграничивает устную и письменную речь в их жанровых разновидностях, изучает характеристики функциональных стилей. С позиции формально или структурно ориентированной лингвистики дискурс определяется как язык выше уровня предложения или словосочетания – «language above the sentence or above the clause»[14]. Лингвокультурное изучение дискурса устанавливает специфику общения в рамках определенного этноса, определяет формульные модели этикета и речевого поведения в целом. Социолингвистический подход к исследованию дискурса предполагает анализ участников общения как представителей различных социальных групп и анализ условий общения в широком социокультурном контексте. Интерес к дискурсу как когнитивно-семантическому явлению возник сравнительно недавно. Всякое коммуникативное действие в рамках спонтанного или организованного дискурса представляет собой реализацию тех или иных коммуникативно-когнитивных структур. Такими когнитивными структурами являются фреймовые модели, содержащие информацию социокультурного характера. Фрейм рассматривается как один из способов представления стереотипной ситуации, содержащий информацию разных видов. Известный голландский лингвист Т.А. ван Дейк говорит о термине «фрейм» в связи с организацией «общего знания» в концептуальные системы.[15] Фреймы рассматриваются как единицы, организованные вокруг некоего концепта и содержат основную, типическую и потенциально возможную информацию, ассоциированную с тем или иным концептом.

Все вышеупомянутые подходы к рассмотрению понятия дискурс взаимосвязаны. Различные направления и методики анализа дискурса объясняют существование большого числа определений данного понятия.

Лингвистическое понимание дискурса в зарубежных исследованиях неоднозначно. Так, например, П.Серио выделяет восемь значений термина "дискурс.:

• эквивалент понятия "речь", т.е. любое конкретное высказывание;

• единицу, по размерам превосходящую фразу;

• воздействие высказывания на его получателя с учетом ситуации высказывания (в рамках прагматики);

• беседу как основной тип высказывания;

• употребление единиц языка, их речевую актуализацию;

• социально или идеологически ограниченный тип высказываний, например, феминистский дискурс, административный дискурс;

• теоретический конструкт, предназначенный для исследования условий производства текста.

Дискурс – это существенная составляющая социокультурного взаимодействия, характерные черты которого – интересы, цели и стили. Это определение подразумевает, что дискурс это не просто набор изолированных единиц языковой структуры «выше предложения», а целостная совокупность функционально организованных, контекстуализованных единиц употребления языка. Особый интерес представляют некоторые положения отечественных лингвистов. Отечественный учёный М.Л.Макаров определяет дискурс с точки зрения формальной, функциональной и ситуативной интерпретации. Более узкое понимание дискурса - это установление корреляции "текст и предложение" - "дискурс и высказывание". Контекст как признак дискурса акцентирует внимание исследователей на противопоставлении того, что сказано, и того, что имелось в виду, и, следовательно, на ситуацию общения. Дискурс (фр. discours, от лат. discursus – рассуждение, довод) – одно из сложных и трудно поддающихся определению понятий современной лингвистики, семиотики и философии, получившее широкое распространение в англо- и особенно франкоязычных культурах. Значение слова – речь, выступление, рассуждение. В русском языке, как и во многих европейских, этому слову нет эквивалента. Оно переводится как дискурс, дискурсия, речь, слово, текст, рассуждение. Предметом теоретического изучения дискурс стал относительно недавно.

Выделяет три основные характеристики дискурса: 1) в формальном отношении – это единица языка, превосходящая по объему предложение, 2) в содержательном плане дискурс связан с использованием языка в социальном контексте, 3) по своей организации дискурс интерактивен, то есть диалогичен .

Выделяет восемь значений термина «дискурс»: 1) эквивалент понятия «речь», то есть любое конкретное высказывание, 2) единица, по размеру превосходящая фразу, 3) воздействие высказывания на его получателя с учетом ситуации высказывания, 4) беседа как основной тип высказывания, 5) речь с позиции говорящего в противоположность повествованию, которое не учитывает такую позицию, 6) употребление единиц языка, их речевая актуализация, 7) социально или идиологически ограниченный тип высказываний, например, феминистский дискурс, 8) теоретический конструкт, предназначенный для исследований условий производства текста.

Дискурс как сходен, так и отличен от языка и речи. С речью его сближает то, что он также является процессом и деятельностью. Однако в отличие от речи дискурс предполагает систему, он обладает свойством целостности, имеет внутреннюю организацию, форму, к нему применимы понятия вида, жанра и стиля. Свойство системности сближает дискурс с языком. Язык является универсальной абстрактной микросистемой, тогда как дискурс – конкретной мини-системой. Дискурс – это речь, наделенная социокультурным измерением, или язык, преобразованный говорящим субъектом и включенный в конкретный социокультурный контекст. Типология дискурса включает религиозный, политический, литературный, философский и другие дискурсивные жанры. Мы в подобных случаях обычно используем понятие языка, считая, что каждая область культуры имеет свой язык: литературный, философский, научный и т.д.

Понятие дискурса нашло широкое применение в социальных и гуманитарных науках. Историки используют его при исследовании архивных документов. Социологи и психологи – при изучении разного рода анкет, интервью и бесед. Положил начало применению дискурсивного подхода в литературоведении и критике. Исторически дискурс выступал в самых различных значениях, формах и жанрах. Конкретными его примерами являются тронная речь короля по поводу какого-либо важного и торжественного события; вступительная речь (слово) или заключительная речь (слово) при открытии или закрытии научного или иного конгресса; речь по случаю приема в академию или получения высокой награды или премии.«Дискурсом» может быть названа и достаточно обширная работа. Суммируя различные понимания дискурса, показываеются основные координаты, с помощью которых определяется дискурс: формальная, функциональная, ситуативная интерпретации. Формальная интерпретация – это понимание дискурса как образования выше уровня предложения[35].

Функциональная интерпретация в самом широком понимании – это понимание дискурса как использования (употребления) языка, то есть речи во всех ее разновидностях. Компромиссным (более узким) вариантом функционального понимания дискурса является понимание дискурса как целостной совокупности функционально организованных, констектуализованных единиц употребления языка.

Ситуативная интерпретация дискурса – это учет социально, психологически и культурно значимых условий и обстоятельств общения, то есть поле прагмалингвистического исследования. Закономерно поэтому обращение к дискурсу со стороны многих ученых, разрабатывающих теорию речевых актов, логическую прагматику общения, конверсационный анализ, анализ диалога, лингвистический анализ текста, критический анализ дискурса, проблемы социолингвистики и этнографии коммуникации, когнитивной лингвистики и психолингвистики.

Различные понимания дискурса в отечественном и зарубежном языкознании, сводит их к двум основным типам: 1) «конкретное коммуникативное событие, фиксируемое в письменных текстах и устной речи, осуществляемое в определенном когнитивно и типологически обусловленном коммуникативном пространстве», и 2) «совокупность тематически соотнесенных текстов» .

Дискурс определяется как "связный текст в совокупности с экстралингвистическими - прагматическими, социокультурными, психологическими и другими факторами; текст, взятый в событийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное, социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах их сознания (когнитивных процессах). Дискурс - это речь, “погруженная в жизнь”.В современной лингвистике термин «дискурс» близок по смыслу к понятию «текст». Непрекращающийся поиск русских эквивалентов: дискурс, речь, тип речи, текст, тип текста, связный текст, текст связной речи - свидетельствуют о неоднозначной сущности этого понятия. Трактуя дискурс как процесс языкового мышления, а текст – как результат или продукт этого процесса.Исследуя разницу между дискурсом и текстом, Т.А. ван Дейк отмечает, что «дискурс» – это актуально произнесенный текст, а “текст” – абстрактная грамматическая структура произнесенного. «Дискурс» – это понятие, касающееся актуального речевого действия, тогда как “текст” – это понятие, касающееся системы языка. Текст – это абстрактный теоретический конструкт, реализующийся в дискурсе.[16] Текст реализуется в сообщении, посредством которого осуществляется дискурс.В.В.Богданов рассматривает речь и текст как два аспекта дискурса. Не всякая речь поддаётся текстовому перекодированию и не любой текст можно «озвучить». Поэтому дискурс понимается широко – как всё, что говорится и пишется, другими словами, как речевая деятельность, являющаяся в то же время и языковым материалом в любой его презентации – звуковой или графической. Текст в узком смысле понимается как «языковой материал, фиксированный на том или ином материальном носителе с помощью начертательного письма. Таким образом, термины речь и текст будут видовыми по отношению к объединяющему их родовому термину дискурс». В европейской лингвистике в 70-х годах была предпринята попытка дифференцировать взаимозаменяемые понятия текст и дискурс, включая категорию ситуация. Дискурс трактовался как «текст плюс ситуация», а текст, соответственно, определялся как «дискурс минус ситуация».Некоторые лингвисты трактуют дискурс как интерактивный способ речевого взаимодействия, в противовес тексту, обычно принадлежащему одному автору; это сближает данное противопоставление с традиционной оппозицией диалог vs монолог. Последнее разграничение условно, поскольку даже монолог по-своему диалогичен, он всегда обращен к адресату, реальному или гипотетическому.


1.2 Комическое как социальная ценность


"Под комическим" подразумеваются как естественные события, объекты и возникающие между ними отношения, так и определённый вид творчества, суть которого сводится к сознательному конструированию некой системы явлений или понятий, а также системы слов с целью вызывать эффект комического. В специальной литературе проводится разделение комического и смешного, при котором комическое понимается как общественно значимый смех .Комизм социален объективной (особенности предмета) и субъективной (характер восприятия) сторонами. Сущность комического – в противоречии. И.Эвентов связывает причину комизма с жизненными противоречиями . "Комическое раскрывается путем его противопоставления неким общечеловеческим идеалам. Комическое порождает одухотворенный ими смех, отрицающий одни человеческие качества и утверждающий другие". Однако формы комического противоречия разнообразны, как разнообразны и стереотипы смехового поведения у разных народов, принадлежащих разным культурам. "Смех вызывает столь большой интерес именно благодаря включенности в культуру"[18]. Общий контекст культуры социума и микросоциума диктует особенности категории комического, которая всегда остается социальной, исторической и национальной. Механизм комического предполагает наличие: (1) субъекта (тот, кто смеется) и объекта (над кем или чем смеются); (2) оппозиции/противоречия социокультурной нормы субъекта и объекта. Смех в профессиональном социуме можно рассматривать как механизм доминантных отношений, с одной стороны, и социоконсолидирующий механизм, с другой стороны.

Не останавливаясь подробно на анализе различных взглядов на природу комического, попытаемся проанализировать стереотипы смехового поведения на основе типологии коммуникативных ролей и ситуаций, реализованных в произведениях смеховой культуры (в розыгрышах, анекдотах, песнях, тостах). В качестве методологической основы своих рассуждений принимаем следующее: "Путь формирования комического можно представить в следующем виде: объективный смех (смешное, комическое) – средства комического (в том числе языковые средства комического: фонетические, лексические, фразеологические и грамматические) – приемы комического (как в широком смысле в качестве эстетических категорий, так и речевые приемы: эзоповский стиль, иносказание, деформация, неожиданность, несоответствие, недоразумение, разоблачение посредством анахронизмов... ) – формы комического (юмор, сатира) – результат – смех (комическое: улыбка, смех, веселый смех, хохот, гомерический хохот, горький смех, гневный смех, смех сквозь слезы...)"[17].

Смеховое начало присутствует на всех уровнях структуры рассматриваемой профессиональной языковой личности.

По мнению Т.Б. Любимовой «комическим вообще может быть названо эстетически организованное смешное, а смешное тогда будет реализующимся в конкретной ситуации комизмом, (то есть то, что в культуре закреплено как скрытые правила и запреты на такое игровое отношение). В принципе, способность вызвать смех есть комическое, а реализация такого игрового отношения - смешное» . Из этого определения следует, во-первых, не всякое смешное может оказаться эстетически значимым. Во-вторых, не является ли «способность вызывать смех» и «реализация игрового отношения» одним и тем же. Далее, шагом к эстетизации, по мнению автора, является превращение какой-либо ситуации в комическую, так как это происходит через обыгрывание каких-либо свойств и отношений этой ситуации, а игра, обыгрывание предполагает некоторую дистанцию» . То есть, комическим может быть только специально, искусственно созданная или игровая ситуация. Возникшая внезапно ситуация не может быть, исходя из этих определений, комичной. Получается, что комичное в жизни не существует, оно создаётся как произведение искусства. Таким образом, здесь называется единственное различие между смешным и комическим, которое сводится к эстетическому оформлению. В остальном эти понятия обозначают одни и те же явления действительности. Такой же позиции придерживается А.Н. Лук. В его определении «комическое - это общественно значимое смешное» . Может ли быть смешное не общественно значимым. Оно не распознаётся животными. Смешное возникает только в обществе, присуще только человеку, оно по происхождению общественно значимо. И в данном случае понятия тождественны. В разрез с данными определениями, высказал своё мнение Б. Дземиздок, считая данные понятия комического и смешного синонимами, так как «они не имеют существенных различий в своих определениях, не несут специфичной для каждого нагрузки» . В комментариях к его работе наш отечественный философ А. Зись сразу заметил, что это существенный недостаток работы автора. Поясняя, что «в советской литературе комическое и смешное не тождественны. Комическое рассматривается как смех социально окрашенный... это вытекает из советской концепции эстетического. Эстетическое нами понимается как объективная ценность явлений жизни для человечества, ценность сформировавшаяся на основе его общественно - исторической практики» .На наш взгляд такая путаница возникает именно из введения советского понимания «эстетического». Просто о смешном нельзя разрабатывать теории, а вот о комическом можно - более подходящий термин для советской науки. Но для окончательного разрешения этой проблемы приводим простое объяснение из энциклопедической литературы:«комическое в переводе с греческого означает «смешное», «весёлое» . Исходя из нашего анализа, мы видим, что нет существенных критериев для различения данных понятий, и в дальнейшем будем считать их синонимами.

Определение комического

За историю человечества создано множество теорий, посвященных причинам смешного, комического. Но и на сегодняшний день нет единого, всех устраивающего определения данного явления. Систематизировать, структурировать все эти. взгляды попытался Б. Дземиздок. Им было выделено шесть групп теорий комического. Основанием для разделения служил тот признак, который авторами концепций признавался как основная причина возникновения комического. А признание ведущей роли объекта, субъекта или их взаимодействия позволило автору классификации соответственно назвать теории как объективистские, субъективистские и релятивистские. Поскольку в нашу задачу не входит детальный анализ данных теорий, остановимся на некоторых особенностях определений комического с целью последующего вычленения его существенных признаков и свойств.

1. Теории негативного качества комического объекта и превосходства субъекта познания комического. Первым видевшим причину комизма в самом объекте был Аристотель. «Смешное — это некоторая ошибка и безобразие, никому не причиняющее страдание и ни для кого не пагубное»[19]. Среди Субъективистов Б. Дземиздок называет Т. Гоббса и Стендаля. На их взгляд чувство смешного вытекает из внезапно возникающего чувства превосходства и удовольствия, которое происходит от неожиданного осознания своего преимущества перед кем-либо, кто вёл себя неподобающим образом.

2. Теории деградации. Их представителями являются Бейн и Стерн. Причиной смеха, считают эти авторы, может служить унижение некой важной особы или важного дела в обстоятельствах, не вызывающих какой-либо другой сильной эмоции. Комическое - это ценность отрицательного порядка, а ценности это свойства объектов с оценивающим субъектом, а не абсолютные величины, не зависящие от познающего и оценивающего субъекта .

3. Теории контраста. Сюда относится теория неоправданного ожидания И. Канта «Смех - есть аффект от внезапного превращения напряжения ожидания в ничто» . Т. Липпс в своей теории говорит о том, что комическое появляется тогда, когда вместо ожидаемой ценности, способной привлечь наше внимание, возникает внезапно иная ценность, которая данной ситуации не соответствует и потому имеет для нас слишком малое значение. Приверженцем контраста является и Г. Гединг. «Действие контраста, на котором основано всё смешное, возникает оттого, что внезапно сталкиваются две мысли или два

Похожие рефераты: