Николай I

Реферат


по теме:

Николай I


Азьмук А.С. 9”Б”


Владивосток 1998 год


План темы:


  1. 14-е декабря 1825 года.

  2. Внутренние дела времени императора Николая I.

  3. Отношение общества к деятельности императора Николая I

  4. Внешняя политика императора Николая I


Вопрос № 1


Принесение присяги новому государю было назначено на понедельник 14 декабря, накануне же вечером предполагалось заседание Государственного совета, в котором император Николай желал лично изъяснить обстоятельства своего воцарения в присутствии младшего брата Михаила, "личнаго свидетеля и вестника от цесаревича Константина". Дело немного затягивали потому, что Михаил Павлович находился тогда на пути из Варшавы в Петербург и мог вернуться в Петербург только вечером 13 декабря. Но так как он опоздал, то заседание Государственного совета состоялось без него, в полночь с 13-го на 14-е декабря, а утром 14-го, также еще до приезда Михаила, принесена была присяга начальниками гвардейских войск, и затем эти начальники отправились в свои части приводить к присяге солдат. В церквах в то же время читался народу манифест о вступлении на престол императора Николая.

Новый государь не с полным спокойствием ждал конца присяги. Еще 12 декабря узнал он по донесению, присланному из Таганрога, о существовании заговора, или заговоров, а 13-го у него уже могли быть сведения и о том, что в самом Петербурге готовится движение против него. Петербургский военный генерал-губернатор граф Милорадович на все вопросы по этому делу отвечал успокоительно: но он не имел о заговоре правильного понятия и не считал нужным принять принудительные меры, несмотря на то что 13-го обнаружились кое-какие признаки агитации в полках. Первый беспорядок 14 декабря произошел в конной артиллерии, где офицеры и солдаты желали видеть у присяги великого князя Михаила Павловича. В городе знали, что он не присягал до того дня никому, и удивлялось его отсутствию в такую важную минуту. В это время Михаил уже приехал в Петербург; не медля он явился в артиллерийские казармы и успокоил смутившихся. Но затем пришла во дворец весть, что части гвардейских Московского и Гренадерского полков не присягнули и, увлеченные некоторыми офицерами, после насилий над начальниками, вышли из казарм и сгруппировались в две толпы на Сенатской площади близ памятника Петру Великому. К ним пристали матросы гвардейского экипажа и уличная публика. Среди собравшихся раздавалось "ура Константину Павловичу!". Против возмутившихся были поставлен всех сторон гвардейские войска, и сам император Ни) приехал на Сенатскую площадь. Попытки увещания не привели ни к чему: успокаивавший мятежников граф Милорадович был убит выстрелом из пистолета. Натиск мятежников конной гвардии не удался: толпа устояла тив скользивших по гололедице лошадей и стрельб ружей отбила атаку. Тогда прибегли к пушкам; неск( картечных выстрелов из орудий, стоявших у Адмира ства, рассеяли толпу, и она побежала по Галерной ул вдоль Невы. Оставалось искать виновных.

В сущности, происшедший уличный беспоряд< был серьезным бунтом. Он не имел никакого плана щего руководства, не имел и военной силы. Весьден1 па провела в бездействии и рассыпалась от первой ка^ Внешнее значение этого эпизода так и было понято 1 ратором Николаем, по словам которого бунтовавшие "впали в заблуждение". Но важность происшедшего кабря мятежа состояла в том, что он был внешним вы нием скрытого политического движения, которое вы лось и другими подобными же признаками, вроде мяп Черниговском полку на юге. Руководители этого дви> были обнаружены и задержаны очень скоро после 14 бря. К лету 1826 г. заговор был уже изучен, и винов1 числе до 120 человек, были преданы особому верхо" суду, в состав которого были введены "государстве сословия": Государственный совет, Сенат и Сино, приговору суда, смягченному несколько императоре] копаем, пять виновных были преданы смертной казн тальные были сосланы в каторжные работы и на посе в Сибирь. Так закончилось "дело декабристов", поел; шее прологом к царствованию императора Николая

Это дело было самой существенной частностью обстановке, в какой совершилось воцарение Никола: всего более определило настроение новой власти и и вление ее деятельности. Новая власть вступила в жи: совсем гладко, под угроой переворота и "ценой кров их подданных"("аи рпх <3и "апе (Ц теа 5111018", как вы{ ся император Николай). Попытка переворота исход) той же дворянской среды, которая в XVIII в. не раз ^ подобные попытки, а орудием переворота избрана 61 же гвардия, которая в Х^1П столетии не раз служ^ добным орудием. В XVIII в. перевороты иногда удав; и создаваемая ими власть получала тот или иной хар

го или иное направление в зависимости от условий минуты. Теперь, в 1825 г., попытка переворота не удалась, но тем не менее она оказала влияние на новую власть. Не только самое существование заговора и мятеж, но и планы заговорщиков, их идеи и проекты, обнаруженные следствием, дали толчок правительственной мысли. Император Николай и его советники сделали из 14 декабря два вывода. Из них один, более широкий, можно назвать политическим; другой, более узкий, - административным.

Изучая оппозиционное движение, бывшее для многих совершенной неожиданностью, император Николай неизбежно должен был заметить, что оно направлялось не только против реакционного настроения последнего десятилетия жизни императора Александра, но и против общих основ русского правопорядка, построенного на крепостном праве. Крестьянский вопрос был одним из существенных пунктов в освободительных мечтаниях декабристов, и освобождение крестьян связывалось в их проектах с другими не менее существенными реформами общественной жизни и общественного устройства. Проекты декабристов получили особенное значение в глазах нового государя потому, что они не стояли уединенно: многое из того, что говорили привлеченные к следствию заговорщики, говорилось не только в замкнутых кружках тайных обществ, но и в широком кругу не причастных к заговору лиц. Французский посол Лаферроне, беседовавший о декабристах с самим имп. Николаем, думал, что в оппозиции состоит все высшее русское общество. "Главная беда в том, - писал он, - что люди самые благоразумные, те, кто с ужасом и отвращением взирали на совершившиеся события (14 декабря), думают и говорят, что преобразования необходимы, что нужен свод законов, что следует совершенно видоизменить и основания, и формы отправления правосудия, оградить крестьян от невыносимого произвола помещиков, что опасно пребывать в неподвижности и необходимо, хотя бы издали, но идти за веком и немедленно готовиться к еще более решительным переменам". Если бы мы и ре-, шились признать такой взгляд излишне пессимистичным и пугливым, мы все-таки должны помнить, что он отражает настроение самого императора Николая и потому имеет для нас большую важность. Он показывает, что сам Николай считал реформы (и в том же числе крестьянскую) назревшим делом, которого желало общество. Но вопрос о реформах имел не одну оппозиционную генеалогию: император знал, что его брат и предместник мечтал мах и был сознательным противником крепости на крестьян, а отец своей мерой о барщине поло) ло новому направлению правительственных мер^ в крестьянском вопросе. Поэтому реформы вообг стьянская в частности, становились в глазах и Николая правительственной традицией. Настоят необходимость делалась для него очевидной потр самой власти, а не только уступкой оппозиционь жению различных кружков. Именно мысль о нео сти реформ была первым (как мы его называли, п ским) выводом, какой был сделан императором 1 из тревожных обстоятельств воцарения.

Второй вывод был специальнее. Не было та( заговор декабристов явился новым проявление шляхетской привычки мешаться в политику. Изм< XVIII в. общественные условия и строй понятий; мости от этого получила новый вид организация ренний характер движения декабристов. Вместо с дворянской массы XVIII в. гвардейское солдатсп XIX в. разночинным; но офицерство, втянутое вд было по-прежнему сплошь дворянским, и оно своих видах руководить гвардейской казармой прежних династических и случайных целей того и движения декабристы под видом вопроса о преете дии преследовали цели общего переворота. Но о^ менялся общий смысл факта: представители сосл стигшего исключительных сословных льгот, теп явили стремление к достижению политических щ раньше императоры Павел и Александр выска против Дворянского преобладания, созданного в обществе законами Екатерины, то теперь, в 1825 должна была чувствовать прямую необходимость пироваться от этого преобладания. Шляхетство. тившееся в дворянство; переставало быть над удобной опорой власти, потому что в значительн ушло в оппозицию; надобно, значит, искать ино Таков второй вывод, сделанный императором 1-из обстоятельств воцарения.

Под влиянием этих двух выводов и определил" чительные черты нового правительства. Подавив цию, желавшую реформ, правительство само стре реформам и порвало с внутренней реакцией посл( императора Александра. Став независимо от зап

ной дворянской среды, правительство пыталось создать себе опору в бюрократии и желало ограничить исключительность дворянских привилегий. Таковы исходные пункты внутренней политики императора Николая, объясняющие нам все ее свойства. Если мы примем еще во внимание личные особенности самого императора, свежего и бодрого человека, серьезно смотревшего на свой жребий, но не подготовленного к власти и не введенного своевременно в дела, то поймем, что новое правительство, при определенном направлении своем и большой энергии, вступало во власть без той широты юных замыслов, которая придавала такое обаяние первым дням власти Александра 1. Кроме того, встреченное на первых же порах попыткой декабристов и ответившее на нее репрессией, новое правительство получило в общем сознании, как своем, так и чужом, характер охранительный, несмотря на то что было готово на реформы.

Внутренние дела времени императора Николая 1. С первых же месяцев царствования император Николай поставил на очередь вопрос о реформах. Он устранил отдел знаменитого Аракчеева и явил полное свое равнодушие к мистицизму и религиозному экстазу. Настроение при дворе резко изменилось по сравнению с последними годами Александрова царствования. К деятельности были призваны иные люди. Снова получил большое значение Сперанский; во главе Государственного совета был поставлен Кочубей, сотрудник императора Александра в годы его юности; стали на виду и другие деятели первой половины царствования Александра. Решимость императора Николая начать реформы сказывалась не только в речах его, но и в мероприятиях. Одновременно с отдельными мерами в разных отраслях управления был в конце 1826 г. учрежден под председательством Кочубея особый секретный комитет (известный под названием "Комитет 6-го декабря 1826 г.") для разбора бумаг императора Александра и вообще "для пересмотра государственного управления". Работая в течение нескольких лет, этот комитет выработал проекты преобразования как центральных, так и губернских учреждений, а кроме того, приготовил обширный проект нового закона о сословиях, в котором предполагалось, между прочим, улучшение быта крепостных. Из трудов комитета многое осталось без дальнейшего движения. Закон о сословиях был внесен в Государственный совет и им одобрен, но не был обнародован вследствие того, что революционные движения 1830 г. на Западе внушили страх перед

всякой реформой. С течением времени лишь н( меры из проектов "Комитета 6-го декабря 1826 осуществлены в виде отдельных законов. Но в цел комитета остались без всякого успеха, и реформа, рованная им, не удалась.

Пока комитет обсуждал общий план необходим" разований, правительство принимало целый ряд г ских мер для улучшения разных отраслей админис для упорядочения государственной жизни. Из таких более замечательны: 1) устройство отделений "соб Его Величества канцелярии"; 2) издание "Свода 3) уничтожение ассигнаций; 4) меры для улучше крестьян и 5) меры в области народного просвещен

1. Собственная Его Величества канцелярия с вала и до императора Николая, но не играла замет в управлении государством, служа личной канцел сударя по делам, которые он брал в свое личное При императоре Николае в личное ведение госуд было столько дел, что маленькая канцелярия очен лась и была поделена на отделения. Первое отдел< целярии продолжало заведовать теми делами, раньше составляли ее предмет, т. е. исполняло ли веления и поручения государя, представляло гос^ ступающие на его имя бумаги и объявляло по ни шения. Втсюе отделение было образовано (в 1821 лью привести в порядок русское законодате"ьст нуждавшееся в упорядочении. Третье отделение рии (также с 1826 г.) должно было ведать высшую в государстве и следить за законностью и порядке влении и общественной жизни. Чины этого с должны были "наблюдать, чтобы спокойствие и г ждан не могли быть нарушены чьею-либо личной или преобладанием сильных или пагубным напр людей злоумышленных". Но вскоре надзор за зак вообще перешел в надзор за политическим нас общества, и "третье отделение" заменило собой канцелярии по политическим делам, которые су1 ли в XVIII в. Четвертое отделение было основ; кончины императрицы Марии Федоровны (1828 менило собой канцелярию государыни по управ. ми образовательными и благотворительными учр ми, которые император Павел по вступлении сво" стол (1796) передал в ведение своей супруги. Сов< этих заведений (институтов, училищ, приютов,

и больниц) впоследствии получила наименование "ведомства учреждений императрицы Марии" в память основа-!тельницы этого ведомства. Наконец, при императоре Николае кроме четырех постоянных отделений его канцелярии бывали еще временные. Николай все свое царствование держался обычая брать.в свое непосредственное управление те дела, успех которых его особенно интересовал. Поэтому канцелярия императора Николая в государственном управлении всегда играла громадную роль.

2. Мы знаем, что в XVIII столетии попытки привести в порядок действующее законодательство не удавались. Не увенчались успехом и позднейшие законодательные работы Сперанского. Тотчас по воцарении император Николай обратил особое внимание на беспорядок в законах и поручил второму отделению своей канцелярии дело кодификации. Составление законодательного кодекса было вверено и на этот раз М. М. Сперанскому, который сумел постепенно приобрести полное доверие и привязанность Николая. Сперанский повел дело таким образом, что сначала собрал все законы, изданные с 1649 г., т. е. со времени Уложения, а затем из этого собрания законодательного материала составил систематический свод действующих законов. Такой способ работы был указан самим императором Николаем, который не желал "сочинения новых законов", а велел "собрать вполне и привести в порядок те, которые уже существуют". В 1883 г. труд Сперанского был закончен. Было отпечатано два издания: во-первых, "Полное собрание законов Российской империи" и, во-вторых, "Свод законов Российской империи". Полное собрание заключало в себе все старые законы и указы, начиная с уложения 1649 г. и до воцарения императора Николая. Они были расположены в хронологическом порядке и заняли 45 больших томов*. Из этих законов и указор было извлечено все то, что еще не утратило силы действующего закона и годилось для будущего свода. Извлеченный законодательный материал был распределен по содержанию в известной системе ("Основные государственные законы", "Учреждения"; "Законы о состояниях"; "Законы гражданские" и т. п.). Эти-то законы и были напечатаны в систематическом порядке в 15-ти томах под названием "Свода законов".

* Законы, данные в царствование Николая 1 и Александра II (1825- 1881), также были впоследствии напечатаны в хронологическом порядке и составили второе "Полное собрание законов" (в 57 книгах). Законы, изданные с 1881 г., печатаются ежегодно в третьем "Полном собрании законов".

Так было завершено крупное и трудное дело со( ния кодекса. Оно удалось благодаря исключительны собностям и энергии Сперанского, а также благода рощенному плану работы. Собрать и систематизи старый русский законодательный материал было, ко легче и проще, чем заимствовать материал чуждый и созывать его с потребностями и нравами русского о< ва или же "сочинять новое уложение" на отвлеченнь не испытанных жизнью, принципах. Однако и бале стой прием, принятый при императоре Николае, так блестяще лишь потому, что во главе дела был пос такой талантливый и усердный человек, как Спера Понимая все трудности кодификации, Сперанский 1 вольствовался тем, что было им сделано для соста" Свода: он предложил план устройства постоянных над исправлением и дополнением Свода в будуще этому плану "второе отделение" (превратившееся в о отделений государственной канцелярии) непрерывь дит за движением законодательства и постоянно 1 дополнения и изменения в Свод; когда текст какоп тома Свода существенно изменится от подобных до" ний и изменений, то его печатают новым "изданием мену старых, и таким образом состав Свода постелен новляется в уровень с движением законодательства.

3. Император Николай наследовал от времени Ал дра большое расстройство финансовых дел. Борьба полеоном и действие континентальной системы о) тельно потрясли государственное хозяйство России ленные выпуски ассигнаций были тогда единств) средством покрывать дефициты, из года в год угнет бюджет. В течение десяти лет (1807-1816) было вып в обращение более 500 млн. руб. бумажных денег. Н рено, что курс бумажного рубля за это время чрезвы упал: с 54 коп. он дошел до 20 коп. на серебро и та концу царствования Александра поднялся до 25 коп. укрепился обычай вести двоякий счет деньгам: на с( и ассигнации, причем один серебряный рубль стой. близительно 4 ассигнационных. Это вело ко мноп удобствам. При расчетах продавцы и покупатели об венно условливались, какими деньгами (монетою и мажками) произвести платеж; при этом они расцеп самые деньги, и более ловкий из них обманывал ил1 жимал менее догадливого. Так, например, в 1820 г. в ве рубль крупным серебром ценили в 4 рубля ассип

ми; рубль мелким серебром - в 4 руб. 20 коп. ассигнациями, а за рубль медью давали на ассигнации 1 руб. 08 коп. При такой путанице люди бедные и мало понимавшие в расчетах несли убытки при каждой сделке и покупке. В государстве не существовало устойчивого курса ассигнаций; само правительство не могло установить его и сладить с произвольной расценкой денег (с "простонародным лажем"). Истинным злом для народного рынка был этот "простонародный лаж", произвольная оценка денежных знаков при торговых сделках. Крестьянин, продавая на рынке, например, сено, получал за него ассигнациями по 3 руб. 35 коп. за серебряный рубль; а покупая себе тут же, на рынке, например, сукно, платил за него в лавке ассигнациями по 3 руб. 60 коп. за серебряный рубль; иначе говоря, получив ассигнационный рубль за 30 коп., он должен был отдать его за 28 коп. Казна же держала на ассигнации свой курс и при приеме оттого же крестьянина казенных платежей считала ассигнационный рубль в 29 примерно коп. Таким образом, в один и тот же день, в одном и том же месте приходилось считаться с трояким курсом бумажных денег. Попытки правительства уменьшить количество ассигнаций не привели к хорошему результату. В последние годы Александра было уничтожено много ассигнаций (на 240 млн. руб.), но их осталось еще на 600 млн., и ценность их нисколько не поднялась. Надобны были иные меры.

Министром финансов при императоре Николае был ученый-финансист генерал Е. Ф. Канкрин, известный своей бережливостью и умелой распорядительностью. Ему удалось составить в государственном казначействе значительный запас золота и серебра, с которым можно было решиться на уничтожение обесцененных ассигнаций и на замену их новыми денежными знаками. Помимо случайных благоприятных обстоятельств (большая добыча золота и серебра), образованию металлического запаса помогли выпущенные Канкриным "депозитные билеты" и "серии". Особая депозитная касса принимала от частных лиц золото и серебро в монете и слитках и выдавала вкладчикам сохранные расписки, "депозитные билеты", которые могли ходить как деньги и разменивались на серебро рубль на рубль. Соединяя все удобства бумажных денег с достоинствами металлических, депозиты имели большой успех и привлекли в депозитную кассу много золота и серебра. Такой же успех имели и "серии", т. е . билеты государственного казначейства, приносившие владельцу небольшой

процент и ходившие как деньги с беспрепятственнь меном на серебро. Депозитки и серии доставляли ценный металлический фонд, в то же время приуча^ лику к новым видам бумажных денежных знаков, ич одинаковую ценность с серебряной монетой.

Меры, необходимые для уничтожения ассигнащ ставили предмет долгого обсуждения, в котором дс ное участие принимал, между прочим, Сперанский решено (1839) объявить монетной единицей сереб рубль и считать его "законною мерою всех обращаю в государстве денег". По отношению к этому рубл узаконен постоянный и обязательный для всех курс наций по расчету 350 руб. ассигнациями за 100 руб. ром. (Таким образом была совершена "девальвация узаконение пониженного курса бумажных денег). А (1843) был произведен выкуп по этому курсу в каз^ ассигнаций с обменом их на серебряную монету или новые ."кредитные билеты", которые разменивались ребро уже рубль за рубль. Металлический запас и 61 обходим для того, чтобы произвести этот выкуп ас< ций и чтобы иметь возможность поддержать размен кредитных билетов. С уничтожением ассигнаций л ное обращение в государстве пришло в порядок: в уп< лении была серебряная и золотая монета и равной этой монете бумажные деньги.

4. Начиная со времени императора Павла, правит во обнаруживало явное стремление к улучшению бьп постных крестьян. При императоре Александре 1, к знаем, был дан закон о свободных хлебопашцах, в ко как бы намечался путь к постепенному и полюбовно! вобождению крестьян от власти их владельцев. О этим законом помещики не воспользовались почти и крепостное право продолжало существовать, нес на то что возбуждало против себя негодование прогре ной части дворянства. Вступая на престол, императо колай знал, что перед ним стоит задача разрешить к) янский вопрос и что крепостное право в принципе ос н ) как его державными предшественниками, так и ег< тивниками - декабристами. Настоятельность ме улучшения быта крестьян не отрицалась никем. Н прежнему существовал страх перед опасностью внеза] освобождения миллионов рабов. Поэтому, опасаясь ( ственных потрясений и взрыва страстей освобождг массы, Николай твердо стоял на мысли освобождат

ми; рубль мелким серебром - в 4 руб. 20 коп. ассигнациями, а за рубль медью давали на ассигнации 1 руб. 08 коп. При такой путанице люди бедные и мало понимавшие в расчетах несли убытки при каждой сделке и покупке. В государстве не существовало устойчивого курса ассигнаций; само правительство не могло установить его и сладить с произвольной расценкой денег (с "простонародным лажем"). Истинным злом для народного рынка был этот "простонародный лаж", произвольная оценка денежных знаков при торговых сделках. Крестьянин, продавая на рынке, например, сено, получал за него ассигнациями по 3 руб. 35 коп. за серебряный рубль; а покупая себе тут же, на рынке, например, сукно, платил за него в лавке ассигнациями по 3 руб. 60 коп. за серебряный рубль; иначе говоря, получив ассигнационный рубль за 30 коп., он должен был отдать его за 28 коп. Казна же держала на ассигнации свой курс и при приеме оттого же крестьянина казенных платежей считала ассигнационный рубль в 29 примерно коп. Таким образом, в один и тот же день, в одном и том же месте приходилось считаться с трояким курсом бумажных денег. Попытки правительства уменьшить количество ассигнаций не привели к хорошему результату. В последние годы Александра было уничтожено много ассигнаций (на 240 млн. руб.), но их осталось еще на 600 млн., и ценность их нисколько не поднялась. Надобны были иные меры.

Министром финансов при императоре Николае был ученый-финансист генерал Е. Ф. Канкрин, известный своей бережливостью и умелой распорядительностью. Ему удалось составить в государственном казначействе значительный запас золота и серебра, с которым можно было решиться на уничтожение обесцененных ассигнаций и на замену их новыми денежными знаками. Помимо случайных благоприятных обстоятельств (большая добыча золота и серебра), образованию металлического запаса помогли выпущенные Канкриным "депозитные билеты" и "серии". Особая депозитная касса принимала от частных лиц золото и серебро в монете и слитках и выдавала вкладчикам сохранные расписки, "депозитные билеты", которые могли водить как деньги и разменивались на серебро рубль на рубль. Соединяя все удобства бумажныхденегс достоинствами металлических, депозиты имели большой успех и привлекли в депозитную кассу много золота и серебра. Такой же успех имели и "серии", т. е . билеты государственного казначейства, приносившие владельцу небольшой

процент и ходившие как деньги с беспрепятственнь меном на серебро. Депозитки и серии доставляли ценный металлический фонд, в то же время приуча^ лику к новым видам бумажных денежных знаков, и^ одинаковую ценность с серебряной монетой.

Меры, необходимые для уничтожения ассигнащ ставили предмет долгого обсуждения, в котором де ное участие принимал, между прочим, Сперанский решено (1839) объявить монетной единицей сереб рубль и считать его "законною мерою всех обращаю в государстве денег". По отношению к этому рубл узаконен постоянный и обязательный для всех курс наций по расчету 350 руб. ассигнациями за 100 руб. ром. (Таким образом была совершена "девальвация узаконение пониженного курса бумажных денег). А (1843) был произведен выкуп по этому курсу в каз^ ассигнаций с обменом их на серебряную монету или новые "кредитные билеты", которые разменивались ребро уже рубль за рубль. Металлический запас и 61 обходим для того, чтобы произвести этот выкуп ас( ций и чтобы иметь возможность поддержать размен кредитных билетов. С уничтожением ассигнаций л ное обращение в государстве пришло в порядок: в уш лении была серебряная и золотая монета и равной этой монете бумажные деньги.

4. Начиная со времени императора Павла, правит во обнаруживало явное стремление к улучшению бьп постных крестьян.

Похожие рефераты: