А сколько
стоит написать твою работу?

цену

Вместе с оценкой стоимости вы получите бесплатно
БОНУС: спец доступ к платной базе работ!

и получить бонус

Спасибо, вам отправлено письмо. Проверьте почту.

Если в течение 5 минут не придет письмо, возможно, допущена ошибка в адресе.

В таком случае, пожалуйста, повторите заявку.

Афганские уроки

М.А.Гареев

После событий 11 сентября интерес к Афганистану неимоверно возрос. Надеемся, мнение о событиях в этой стране в прошлом и настоящем человека, долгое время работавшего там военным советником, видного военного специалиста, бывшего заместителя начальника Генерального штаба Вооружённых Сил СССР будет интересно нашим читателям. Пользуясь случаем, редакция поздравляет Махмута Ахметовича с 79-летием со дня рождения и желает ему здоровья, новых книг и статей.

Апрельская революция 1978 г. в Афганистане и события, последовавшие после этого вплоть до военной акции США в Афганистане последнего времени, являются одним из сложнейших и трагических периодов в истории многострадального афганского народа. В Афганистане по существу идёт уже почти тридцатилетняя война. Для выработки правильных и справедливых решений в будущем нужен объективный анализ прошлых событий и действий всех сторон.

Президент России В.В.Путин, отвечая на вопрос о политических ошибках в Афганистане в 80-х годах, сказал: «Эта ошибка была предопределена расколом международного сообщества по идеологическому принципу. Слава Богу, сейчас этого раскола нет, и мы в состоянии уйти от ошибок подобного рода. В этом, собственно говоря, и есть основная ценность международной антитеррористической коалиции»1. Это обстоятельство действительно обнадеживает. Ибо, если бы Россия, как предлагали некоторые политические лидеры, оказала поддержку талибам, то американцы попали бы в не менее сложное положение, чем советские войска в 80-е годы.

В некоторых публикациях последних лет проливается новый свет на происхождение и суть движения Талибан. Подготовка талибов на территории Пакистана и Афганистана к военным действиям началась ещё в 1984 г. Наиболее массовый и интенсивный характер она приобрела после вывода с территории Афганистана советских войск. Дело в том, что наличие в стране советских войск — общего врага всех моджахедов — как-то их объединяло. После ухода 40-й армии этот объединяющий фактор исчез и усилились раздоры и даже начались боевые столкновения между различными группировками афганской вооружённой оппозиции. Американские и пакистанские спецслужбы, потеряв всякую надежду на их примирение, решили сделать ставку на третью силу — талибов, которые должны были взять под контроль всю территорию Афганистана.

Основную часть талибов составляют пуштуны. Но среди них немало таджиков, узбеков и представителей других народов. На службу к ним пошли многие солдаты и офицеры из правительственных войск Республики Афганистан. Как рассказывал Ахмад Шах Масуд, вначале, взяв святые лозунги Ислама, талибы смогли убедить уставший от безвластия народ в том, что способны навести порядок. А когда выяснилось, что «порядок» — это выращивание на 90 процентах пахотных земель сырья для наркотиков, производство героина и подготовка за большие деньги боевиков для международных террористических центров, народу отказываться от услуг нерадивых учеников Ислама было уже поздно. На стороне Талибана, по сведениям Масуда, воевали пакистанские 197-й полк 9-й дивизии, 117-й полк — он включает элитные подразделения коммандос «Чарот» и 625-й бронетанковый батальон. Общее число пакистанских военнослужащих достигало 1500 — 1700 человек. Кроме того, в рядах талибов стажировались выпускники военизированных религиозных отрядов, прошедшие «курс» в Пакистане и у талибов на территории Афганистана, экстремисты из организации «Сипохи сахобат» (около 800 человек) и отряды Усамы бен Ладена под командованием полевых командиров Хаббоба и Абдул-бароха, числом до 500 человек. К талибам присоединились чеченский отряд и боевики Джумы Намангани из Исламского движения Узбекистана (ИДУ). Всего наёмников до 3-х тысяч человек2.

Из года в год в Афганистане росло число боевиков и просто уголовников, прибывающих из Филиппин, Индонезии, некоторых арабских стран, из Чечни и Китая. Уже несколько лет под Кандагаром, в провинциях Пактия и Бамиан отмечалось строительство необычных подземных сооружений.

Интерес к талибам и вообще внешний интерес к Афганистану возрос с появлением проектов нефтегазового транзита из центрально-азиатских стран СНГ в обход России. По сообщениям прессы, несколько американских, британских, саудовских нефтегазовых компаний обратились к своим правительствам с просьбой создать им безопасные условия для прокладки нефтяных и газовых труб из Туркмении и Узбекистана через Герат и Мазари-Шариф до Карачи и затем Индии. Правительства этих стран ответили, что они готовы помочь в этом деле организационно, дипломатически. А нефтегазовым компаниям предложили взять талибов на своё содержание, вооружать их, а последние должны были установить свою власть на всей территории Афганистана.

Как же воевало талибское воинство? Оно захватило свыше 90 % территории Афганистана, но никто не может назвать ни одного примечательного боя или сражения, где кто-то победил, а кто-то потерпел поражение. Талибы действовали в основном двумя путями: первый — это религиозное идеологическое влияние; второй, основной путь — с помощью больших денег переманивали на свою сторону полевых командиров противостоящей стороны. Последние со всем вооружением, полученным в основном от северных соседей, переходили на сторону талибов. Надо полагать, что такой способ «войны» будет широко использоваться и в ходе американской контртеррористической операции в Афганистане.

В своё время пытались отрицать вмешательство в афганские дела США, Пакистана, Ирана и других стран. Но вот появилась книга американского историка Петера Швейцера «Победа», где приводятся убедительные документы, свидетельствующие о том, как американские политики и спецслужбы всеми путями подталкивали СССР к вторжению в Афганистан, оказывали большую финансовую и военно-техническую помощь моджахсдам, координировали помощь извне вооружённой афганской оппозиции.

Они поставили своей целью: «Превратить Афганистан во Вьетнам для русских». Некоторые американские и пакистанские официальные лица до сих пор продолжают утверждать, что они не поставляли оружия моджахсдам и талибам. Будто бы последние воспользовались советским оружием, оставшимся от 40-й армии. Это, конечно, несерьёзно. Стоит хотя бы задуматься, откуда же взялись 1200 американских стингеров в Афганистане — ведь их не было у советских войск.

В марте-апреле 1989 г. мне пришлось много заниматься отражением наступления крупной группировки моджахедов на Джелалабад. Тогда разведчики докладывали о появлении там ещё не очень известного террориста Усамы бен Ладена, находившегося на службе американских и пакистанских спецслужб. Недавно он сам поведал одной из арабских газет, что в марте 1989 г. прибыл под Джелалабад с большими деньгами и организовал штурм этого города с тем, чтобы превратить Джелалабад в столицу афганской оппозиции. Учитывая этот печальный опыт, может быть стоит перестать направлять друг против друга террористов.

Некоторые ветераны Афганистана, вспоминая прошлое, с горечью называли новую войну в Афганистане в начальной её стадии «Американской гражданской войной в Афганистане», имея в виду, что с одной стороны, американские войска, а с другой — выпестованные ими же талибы и бен Ладен.

После чудовищных террористических акций в США 11 сентября практически всё человеческое сообщество, в том числе и руководители мусульманских стран, осудили эти террористические акты. И это понятно. Терроризм не может быть оправдан ни под каким видом и предлогом. Такую позицию занимают и ветераны войны в Афганистане.

Следует иметь в виду также, что к началу XXI в. Афганистан превратился в огромную базу сосредоточения международных террористов, воинствующих экстремистов, способных изнутри и окончательно взорвать не только афганское общество, отбросив его в пещерный век, но и дестабилизировать военно-политическую обстановку в целом на Среднем Востоке и в Центральной Азии. Возникала немалая угроза и для самого Пакистана. Интересы многих стран совпали в том, чтобы ликвидировать эту общую угрозу.

Чем объяснить, что такая, казалось бы мощная военная организация талибов неожиданно для многих экспертов-предсказателей в столь сравнительно короткие сроки потерпела военное поражение?

Во-первых, талибы оказались в полной международной изоляции и были лишены возможности получать существенную экономическую, финансовую и военную помощь, кроме помощи со стороны некоторых исламистских кругов Пакистана и подпольных организаций. Было достигнуто, по существу, всеобщее осуждение террористов Аль-Каида со стороны всего мирового сообщества. Талибы, которых в начале поддерживала часть населения, в конечном счёте, своим мракобесием противопоставили себя большинству афганского народа.

Во-вторых, благодаря помощи России (во взаимодействии с Узбекистаном и Таджикистаном), — оружием, снаряжением, развединформацией, оперативно-стратегическими консультациями — оказались довольно успешными действия группировок войск Северного альянса: Таджикской — Фахима, Узбекской — Дустума и Гератcкой — Исмаил Хана. В Душанбе перед началом операции побывали президент РФ В.В.Путин, Министр обороны С.Б.Иванов, начальник Генштаба генерал армии А.В.Квашнин.

Особенно эффективным было взаимодействие войск Северного альянса с американскими (частично британскими и турецкими) спецподразделениями и авиацией. Войска Талибана оказались мало приспособленными для ведения крупномасштабных боевых действий, к обороне городов и Кабул они покинули в основном из-за враждебного отношения к ним преимущественно непуштунского населения афганской столицы, из-за опасения оказаться блокированными в большом городе. На юге, в тылу талибов, активизировали свои действия пуштунские племена. Например, в провинциях Пактия и Пактика старейшины потребовали от талибов покинуть их территории.

При желании, не так трудно лишний раз повторить изречение красноармейца Сухова насчет Востока, но всегда значительно сложнее разобраться в тончайших и запутанных переплетениях происходящих событий в Афганистане. К одному из таких событий, где далеко ещё не все ясно, относится и «неожиданное» оставление талибами Кабула и некоторых других городов. Из столицы были выведены крупные силы и довольно большие колонны войск направились по дороге на Джелалабад и Кандагар. Чем объяснить, что американская разведка, оснащённая космическими и другими совершеннейшими техническими средствами, «проглядела» всё это и не нанесла бомбовых ударов по скоплениям войск и колоннам боевой техники талибов? Может быть, преувеличивают возможности американской разведки? Существует и другая версия, которая гласит, что это результат закулисных переговоров и тайных сделок определённых сил за спиной других участников антиталибской коалиции. Как сказал один афганец: просто не те талибы были в Кабуле.

В-третьих, военное командование США при содействии российских разведывательных служб и других специалистов, во взаимодействии с командующими Северного альянса умело спланировало и согласовало усилия участвующих сил и средств в воздушной и наземной операциях.

Если на первом этапе воздушной операции американские ракетные и бомбовые удары наносились в основном по военным объектам, группировкам вооружённых формирований и пунктам управления талибов, в ходе которых изрядно страдало и мирное население, то с 8 октября, когда началась наземная операция, основные усилия авиации были направлены для подавления важнейших узлов сопротивления и воспрещения манёвра войсками, переброски резервов противника в полосе наступления сил Северного альянса. Точности и эффективности воздушных ударов способствовало применение летающих радаров Е-8 и беспилотных самолетов «Глобал Хок», которые осуществляли обнаружение боевой техники талибов и наведение на них ударных самолётов.

Кроме того, группы американского и британского спецназа и подразделения дислоцирующейся в Узбекистане 10-й лёгкой пехотной дивизии США, действуя в составе передовых отрядов антиталибских сил, передавали целеуказания на пункты управления авиацией. По сравнению с обычными авианаводчиками, это, конечно, большой шаг вперёд во взаимодействии авиации с сухопутными войсками. Надо отдать должное представителям американского командования, которые, в отличие от некоторых нынешних российских военных руководителей, живо интересовались опытом боевых действий советских войск и деятельности наших военных советников в Афганистане и стремились как-то его использовать. В Москве было проведено несколько международных пресс-конференций и научных семинаров с участием ветеранов войны в Афганистане.

Менее удачными оказались действия американских и британских спецподразделений по выявлению и уничтожению главарей террористов.

В-четвёртых, не всегда внешне приметную, но, в конечном счете, большую роль сыграла позиция руководства Пакистана во главе с генералом Мушаррафом. Для того чтобы глубже понять корни того, что произошло в Афганистане, надо отдавать себе отчёт в том, что политической и военной организации Талибан, в т.ч. и вторгшейся на территорию Афганистана, отдельно от Пакистана не существовало. Там, в т.ч. в лагерях беженцев, в значительной мере находятся родительские очаги и родственные корни талибов. Многие из них там родились, учились, проходили военную подготовку. В Пакистане вся экономическая база движения Талибан.

Вооружённые формирования талибов практически не имели своего тыла, соответствующих служб снабжения оружием, продовольствием, горюче-смазочными материалами, другим снаряжением. Всё тыловое и техническое обеспечение осуществлялось в основном соответствующими пакистанскими службами. И когда всё это снабжение ещё полностью не прекратилось, а было только ограничено пакистанскими властями, талибы, оставшись без снабжения и поддержки пакистанских артиллерии и войск, о которых говорил Ахмад Шах Масуд, начали быстро терять способность к организованному сопротивлению. В этом отношении роль Пакистана в сокрушении талибов можно считать решающей.

И после всего этого часть талибов ушла в горы, часть растворилась среди населения на территории Афганистана, Пакистана и перешла к тактике партизанской, диверсионно-террористической войны, в которой бороться с ними становится значительно труднее. И такая война может затянуться на долгие годы.

Если возникнут серьёзные противоречия при формировании коалиционного правительства и, тем более, последующие столкновения между различными афганскими группировками, то движение Талибан, сохранив свои организационные структуры в подполье, и даже изменив вывеску, может вновь быстро выйти на авансцену афганских событий. А пока надо уйти, чтобы остаться. Если в Афганистане начнётся новая гражданская война, она в этих условиях неизбежно перекинется и на территорию Пакистана. Не случайно, Ахмад Шах Масуд незадолго до своей гибели сказал, что война в Афганистане может закончиться только в Пакистане.

Необходимо учитывать и то обстоятельство, что в Пакистане есть влиятельные силы, которые при поддержке некоторых других исламских государств примут все меры к тому, чтобы талибское движение полностью не затухло. Этот фактор, как и пуштунский фактор в целом, им нужен и для того, чтобы постоянно оказывать своё влияние и давление на внутриафганские дела.

С точки зрения исторического опыта поучительным является и то, насколько основательные и далеко идущие уроки извлекли США из опыта войны во Вьетнаме. Американское руководство вновь сумело избежать вовлечения своих вооружённых сил в крупномасштабную войну и, опираясь на поддержку России, других стран СНГ и на силы Северного альянса, решить сложные военные задачи в Афганистане минимальными силами и средствами и без существенных потерь.

Своего рода новая страница открылась и в истории России. Не раз она, как, например, в Первую мировую войну, вынуждена была воевать, по существу, во имя интересов других государств. Не раз её провокационно втягивали в различные конфликты. В данном случае мы видим, как руководство России во главе с В.В.Путиным, умело взаимодействуя с другими государствами, решает задачу по разгрому опаснейшего противника и по ликвидации одной из главных угроз на южном направлении, не задействуя непосредственно на поле боя российских солдат. Если удастся покончить с этой угрозой, не получив новую, ещё более потенциально опасную угрозу в виде своеобразного расширения НАТО на южных подступах нашей страны, то всё это войдёт в историю как определённое политическое и дипломатическое достижение, пример того, как надо обеспечивать безопасность страны не только военными, но и невоенными средствами.

С учётом всех изложенных обстоятельств, антитеррористическая операция в Афганистане, проводимая США и другими участвующими в ней странами, в отличие от того, что было в прошлом, получила международную поддержку. Но при этом желательно не упрощать сложнейшую многоплановую проблему борьбы с терроризмом, сводя её только к операции в Афганистане или бомбовым ударам по другим странам-«изгоям» и не повторять прежних ошибок.

Прежде всего, желательно учитывать, что международный терроризм — это не самоценное явление, существующее само по себе. Терроризм — порождение определённой политики, одна из уродливых и бесчеловечных форм борьбы, а порою просто акт отчаяния в