Шарль де Голль

новые выборы, а также лично курировал вопросы обороны, внешней политики и важнейшие внутренние министерства. Интересно, что текст российской конституции, одобренный гражданами на референдуме в 1993 году, во многом совпадает с конституцией де Голля, которую, по общему мнению, российские реформаторы взяли за образец.

Несмотря на кажущуюся стремительность и легкость, с которой де Голль во второй раз пришел к власти, этому событию предшествовала напряженная работа самого генерала и его сторонников. Де Голль постоянно вел тайные переговоры через посредников с политическими лидерами ультраправых партий, с парламентариями, организовывал новое "голлистское" движение. Наконец, выбрав момент, когда угроза гражданской войны достигла апогея, де Голль выступил 15 мая по радио, а 16-го перед парламентом. Первое из этих выступлений было полно тумана: "Некогда в тяжелый час страна доверилась мне, с тем, чтобы я повел ее к спасению. Сегодня, когда стране предстоят новые испытания, пусть она знает, что я готов принять на себя все полномочия Республики". В текстах обеих речей ни разу не встречалось даже слово "Алжир". Если первая была пугающей, то выступление в парламенте можно было даже назвать любезным. Таков был метод "кнута и пряника" - для народа и для лидеров социалистов, которым предстояло в парламенте одобрить его кандидатуру на пост премьера, а потом избрать президентом.

Таинственность, скрытность, краткость, эмоциональность - таково было и на этот раз оружие де Голля. Он опирался не на те или иные политические склонности, а на психологию подчинения толпы таинственному обаянию вождя. Политиков в правительстве и аппарате президента сменили экономисты, юристы, менеджеры. "Я одинокий человек, - говорил де Голль народу перед зданием парламента, - который не смешивает себя ни с одной из партий, ни с одной организацией. Я человек, который не принадлежит никому и принадлежит всем".

В этом вся суть тактики генерала. Учитывая, что в это время параллельно с демонстрациями ультраправых по всему Парижу проходили митинги "голлистов", прямо призывавшие правительство уйти в отставку в пользу генерала, в его словах была изрядная доля лукавства.

Новая конституция, одобренная на референдуме большинством почти в 80%, впервые в истории Франции вводила президентскую систему правления. При усилении исполнительной власти парламент был ограничен в законодательных правах. Он должен был работать 2 сессии в год: осенняя (октябрь-декабрь) посвящалась рассмотрению бюджета, весенняя (апрель-июнь) - законодательной деятельности. Повестку дня определяло правительство. Голосование проводилось по бюджету в целом, при обсуждении проекта депутаты не имели права вносить поправки, предусматривающие сокращение доходов или увеличение расходов государства.

Приближались выборы. И де Голль, несколько посомневавшись, выдвигает свою кандидатуру. В предвыборной кампании он практически не участвует. На настойчивые уговоры сторонников выступить по телевидению отвечает: «Ну что мне сказать? Меня зовут Шарль де Голль, мне 75 лет!» И всё-таки, по итогам второго тура выборов в декабре 1958 г победил именно он, ставший первым президентом Франции, избранным общим голосованием (был избран на семилетний срок).

В 1960 г. была предоставлена независимость почти всем африканским колониям, в том числе Алжиру. Де Голль стал инициатором создания в стране собственного ядерного оружия, вывел войска Франции из-под командования НАТО, дважды накладывал вето на приём Великобритании в ЕЭС. На новых выборах де Голль снова стал президентом.

Авторитет де Голля был довольно высок. Не отрываясь от разрешения внутриполитического кризиса, он взялся за экономику и внешнюю политику, где достиг определенных успехов. Он занимался не проблемами, а проблемой: как сделать Францию великой державой. Одной из мер психологического характера была деноминация: де Голль выпустил новый франк достоинством в 100 старых. У де Голля не было центрального банка. Деньги размножались путем кредитной эмиссии. На инфляции кормилась кучка банкиров. Де Голль предложил французским банкам не превышать 10-процентного уровня кредитования. Франк впервые за долгое время стал твердой валютой.

Экономика по итогам 1960 года показала бурный рост, самый быстрый за все послевоенные годы. Курс де Голля во внешней политике был направлен на обретение Европой независимости от двух супердержав: СССР и США. Создавался европейский Общий рынок, но де Голль блокировал принятие в него Великобритании. Видимо, слова Черчилля военного времени, брошенные во время одного из споров о статусе Франции и ее колоний, - "Помните, когда бы мне ни пришлось выбирать между свободной Европой и морскими просторами, я всегда выберу морские просторы. Когда бы мне ни пришлось выбирать между Рузвельтом и вами, я выберу Рузвельта!" - глубоко запали в душу де Голля, и теперь он отказывался признавать островитян-британцев европейцами.

В 1960 году в Тихом океане Франция успешно провела испытания атомной бомбы. В эти годы административные способности де Голля не проявлялись во всей их красе - генералу нужен был кризис, чтобы показать всему миру, на что он действительно способен. Он без труда провел референдум по вопросу о выборах президента прямым всеобщим голосованием, хотя для этого ему пришлось распустить парламент. В 1965 году его переизбрали, хотя на этот раз голосование прошло в два тура - прямое следствие новой выборной системы.

4 февраля он объявляет, что его страна отныне в международных расчетах переходит к реальному золоту. Отношение к доллару, как к "зеленой бумажке", у де Голля сформировалось под впечатлением анекдота, рассказанного ему еще давно министром финансов в правительстве Клемансо. "На аукционе продается картина Рафаэля. Араб предлагает нефть, русский - золото, а американец выкладывает пачку стодолларовых банкнот и покупает Рафаэля за 10 000 долларов. В итоге американец получил Рафаэля за три доллара, потому как стоимость бумаги за одну стодолларовую банкноту - три цента!".

Дедолларизацию Франции де Голль называл своим "экономическим Аустерлицем". Он заявлял: "Мы считаем необходимым, чтобы международный обмен был установлен, как это было до великих несчастий мира, на бесспорной основе, не носящей печати какой-то определенной страны. На какой основе? По правде говоря, трудно представить себе, чтобы мог быть какой-то иной стандарт, кроме золота. Да, золото не меняет своей природы: оно может быть в слитках, брусках, монетах; оно не имеет национальности, оно издавна и всем миром принимается за неизменную ценность. Несомненно, что еще и сегодня стоимость любой валюты определяется на основе прямых или косвенных, реальных или предполагаемых связей с золотом. В международном обмене высший закон, золотое правило (здесь это уместно сказать), правило, которое следует восстановить, - это обязательство обеспечивать равновесие платежного баланса разных валютных зон путем действительных поступлений и затрат золота". Де Голль потребовал от США в соответствии с Бреттонвудским соглашением живое золото: по 35 долларов за унцию обменять 1,5 млрд. долларов. В случае отказа силовым аргументом де Голля стала угроза выхода Франции из НАТО, ликвидации всех 189 натовских баз на территории Франции и вывода 35 тысяч натовских солдат. Воинствующий генерал предложил и другим странам последовать примеру Франции - превратить долларовые резервы в золотые. США капитулировали. Генерал у власти даже в экономике действовал военными методами. Он говорил: "Интендантство пойдет следом".

В 1968 г. массовые студенческие волнения захлестнули Францию; строились баррикады, происходили столкновения с полицией. На манифестациях слышались призывы к отставке президента. Но и на сей раз ему удалось изменить ситуацию в свою пользу. Де Голль пошёл на проведение реформ. Один из явно неудачных проектов – о новом территориально – административном устройстве Франции и реорганизации Сената – был вынесен на референдум с условием, что в случае его отклонения президент подаст в отставку. С каким – то фатализмом ожидал де Голль «вынесения приговора», говоря сыну: «Французы устали от меня, да и я утомился от них». Проект был отвергнут 52% избирателей 27 апреля 1968 г.

Будучи сам, по общему признанию, донельзя авторитарным человеком, де Голль, обладая, по сути, суверенными властными полномочиями, дважды ранее добровольно отказывался от своей власти и уходил в отставку. Более того, этот человек, которого боялись союзники, считая его потенциальным новым диктатором гитлеровского типа, оставил в наследство потомкам одну из самых стабильных политических систем среди европейских демократий, называемую Пятой республикой, по конституции которой Франция живет сегодня.

Однако его "дирижизм" в экономике, приведший к кризису 1967 года, и агрессивная внешняя политика - оппозиция НАТО, Великобритании, резкая критика войны во Вьетнаме, поддержка квебекских сепаратистов, симпатии арабам на Ближнем Востоке - подорвали его положение на внутриполитической арене. Во время "революции" в мае 1968 года, когда Париж был перекрыт баррикадами, а на стенах висели плакаты "13.05.58 - 13.05.68 - пора уходить, Шарль!", де Голль оказался в растерянности. Его выручил верный премьер Жорж Помпиду, сторонник более мягкой, рекомендательной политики государства в экономике, волнения более-менее улеглись, были проведены новые социальные реформы, но после этого де Голль почему-то отправил Помпиду в отставку. Когда очередные законодательные инициативы генерала были отвергнуты парламентом, он не выдержал и 28 апреля 1969 года, раньше срока, добровольно ушел со своего поста.


Суммируя сведения, которые можно получить из краткого анализа биографии Шарля де Голля, мы видим несколько предпосылок, с юности определивших его карьеру. Прежде всего, блестящее образование и постоянная тяга к знаниям, к самосовершенствованию в интеллектуальном плане. Сам де Голль в свое время говорил: "Истинная школа, дающая умение повелевать, - это общая культура". В качестве примеров он приводил Александра Македонского, чьим учителем был Аристотель, и Цезаря, воспитанного на трудах и выступлениях Цицерона. Де Голль мог бы повторить: "Управлять - значит предвидеть, а предвидеть - значит много знать". Другая предпосылка, безусловно, - целеустремленность, вера в свое предназначение, родившаяся еще в детстве. В Сен-Сире однокурсник перед выпуском сказал ему: "Шарль, я чувствую, что ты предназначен для великой судьбы". Другой на месте де Голля, естественно, отшутился бы, но тот ответил без тени улыбки: "Да, я тоже так думаю".

Де Голль заслужил ироническое прозвище "короля в изгнании" от своего начальника в Военной академии за сухость, манеру держаться и "задирать нос". Позднее биограф, описывая де Голля в Британии 1940-х годов, употребил то же выражение без всякой иронии, скорее с восхищением. Конечно, чтобы быть де Голлем, надо было выглядеть как де Голль. Вот что пишет Жак Шастене: "Очень высокого роста, худощавый, монументального телосложения, с длинным носом над маленькими усиками, слегка убегающим подбородком, властным взглядом, он казался намного моложе пятидесяти лет. Одетый в форму цвета хаки и головной убор того же цвета, украшенный двумя звездами бригадного генерала, он ходил всегда широким шагом, держа, как правило, руки по швам. Говорил медленно, резко, иногда с сарказмом. Память его была поразительна. От него просто веяло властью монарха, и теперь, как никогда, он оправдывал эпитет "король в изгнании".

"Заносчивый", - говорили про де Голля. Вот что он сам писал об этом в 30-е годы: "Человека действия нельзя представить себе без изрядной доли эгоизма, надменности, жестокости и хитрости, но все это ему прощается, и он даже как-то больше возвышается, если пользуется этими качествами для совершения великих дел". И позднее: "Истинный вождь держит других на расстоянии, так как нет власти без престижа, и нет престижа без дистанции". Характерно, что де Голль симпатизировал Сталину. Хотя он понимал, что у них мало общего в политических, общественных убеждениях, он считал, что как руководители, как люди они были между собой похожи.

Что касается качеств де Голля как руководителя и политика, в той степени, в которой политическая деятельность является искусством управлять людьми, то здесь можно выделить пять определяющих особенностей, пять свойств де Голля, в первую очередь позволившие ему стать одним из крупнейших деятелей Франции.

Во-первых, де Голль был одновременно феноменально авторитарен как руководитель и сверх меры независим как подчиненный. Стоит заметить, однако, что авторитарность эта строго касалась действия. Де Голль-начальник никогда не просил - он приказывал. Независимость же целиком относилась к области, лежащей за пределами воинского устава. Приказы он выполнял беспрекословно, все, что было вне их, - по своему усмотрению. Де Голль-гость не просил у британского правительства - он требовал и добивался своего.

Во-вторых, де Голль никогда не устаревал. Как для его рацпредложений, так и для его методов политической и военной борьбы характерны были свежесть и новизна. Как уже было сказано, характерной чертой его метода была инновация. Он оставался верен этому принципу и тогда, когда из перспективного офицера превратился в вольнодумца и оппозиционера, чтобы вскоре занять один из ведущих постов в штабе и подтвердить свою правоту, и тогда, когда в 1968 году за считанные дни до отставки пытался добиться принятия нового закона о Сенате, кардинально менявшего отношения центральной и муниципальной властей в Республике.

В-третьих, де Голль сочетал долгое выжидание момента со стремительностью инициативы, скрытую напряженную, кропотливую работу по подготовке всякого серьезного шага с поистине гусарским напором и видимой легкостью, с которой ему давался штурм каждого нового бастиона, будь то организация Комитета национального освобождения, триумф в Париже или возвращение в большую политику в 1958 году. Эта легкость придавала ему романтический, героический ореол с мистическим оттенком, поднимала его и без того высокий авторитет, вселяла веру в его могущество.

В-четвертых, де Голль отличался таинственностью и закрытостью, мало кого посвящая в свои планы, совершая необъяснимые, с точки зрения постороннего, поступки, внимательно выслушивая соратников, но никогда не советуясь и, наконец, произнося захватывающие речи, умея сказать одновременно все и ничего.

И, наконец, в-пятых, де Голль всегда стремился оставаться над ситуацией, придавая себе статус "надклассового арбитра": с одной стороны, он никогда не принимал открыто чью-то сторону, давая возможность ситуации разрешиться без его вмешательства, с другой - искал поддержки одновременно у всех, кто только мог поддержать его, и вообще старательно заботился о престиже человека, возвышающегося над суетой этого мира. Даже по отношению к союзникам, от которых он полностью зависел, он вел себя не только как равный, но даже порой снисходительно. Их цель была - выиграть войну, его - возвести Францию на пьедестал величия. В конечном итоге этот метод дважды сыграл с ним дурную игру: во время выборов 1946 года и в 1968 году, когда он сам не нашел поддержки ни у одной из политических группировок.

О заслугах де Голля перед отечеством, равно как и о его ошибках, можно сказать очень много. Он, будучи талантливым теоретиком военного искусства, не провел ни одного исторически важного сражения, но сумел  привести свою страну к победе там, где ей отовсюду грозило поражение. Не будучи близко знаком с экономикой, он дважды удачно управлял страной и дважды вывел ее из глубокого кризиса - думается, исключительно благодаря своей способности грамотно организовать работу вверенной ему структуры, будь то повстанческий комитет или правительство многомиллионного государства.

За восемьдесят лет своей жизни этот человек сумел стать величайшим героем Франции после Жанны д'Арк. Он успел дважды возглавить страну, оба раза принимая руководство на пике национальной катастрофы и оставляя государство в состоянии экономического подъема и роста международного престижа. При этом он написал более десятка книг - мемуаров и теоретических трудов по военному искусству, часть которых по сей день остаются бестселлерами.

В 1970 г. у генерала Шарля де Голля остановилось сердце. Его прах захоронен на сельском кладбище в Коломбэ-ле-дёз-Эглиз в 300 километрах от Парижа.


Список использованной литературы:


1. Энциклопедия Т.5 «Всемирная история под ред.Аксёнова – М., «Аванта+», 1993г.

2. «Хрестоматия по всеобщей истории» под ред. П.А.Федотова» - М, «Рекорд», 1997 г.

3. «История Нового времени» под ред. Каршенкова – М, «Рекорд», 1997 г.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Похожие рефераты: