Xreferat.com » Рефераты по истории » Возникновение партии эсеров

Возникновение партии эсеров

Чувашский государственный университет

имени И.Н.Ульянова


Электроэнергетический факультет


"Возникновение партии эсеров”


:


Выполнил


Проверил


Чебоксары 2000г.


План контрольной работы:

1.Возникновение партии эсеров

2.Численность,состав, организационная структура в начале 900-х годов.

3.Программа, идеология, тактика. Устав.

4.В революции 1905-1907 годов.

5.Межреволюционный период.

6.Годы войны.

7.После февраля.


Список используемой литературы:

1.История России (19-начало 20 веков.).Учебник для вузов.М.,1998.

2.История политических партий России. Под ред. Зевелева.М.,1994.

3. История России. 1861-1917. М.,1996.

4.Политическая история: Россия – СССР – Российская Федерация. В 2 кн. М.,1996.


Партия социалистов-революционеров занимала одно из ведущих мест в системе российских политических партий. Она была наиболее многочисленной и самой влиятельной немарксистской социалистической партией. Ее судьба была более драматичной, чем судьба других партий. Триумфом и трагедией для эсеров стал 1917г. В короткий срок после Февральской революции партия превратилась в крупней­шую политическую силу, достигла по своей численности миллионного рубежа, приобрела господствующее положение в местных органах са­моуправления и большинстве общественных организаций, победила на выборах в Учредительное собрание. Ее представителям принадлежал ряд ключевых постов в правительстве. Привлекательными были ее идеи демократического социализма и мирного перехода к нему. Одна­ко, несмотря на все это, эсеры оказались неспособными противостоять захвату власти большевиками и организовать успешную борьбу против их диктаторского режима.


ВОЗНИКНОВЕНИЕ ПАРТИИ ЭСЕРОВ


Период формирования партии социалистов-революционеров был довольно длительным. Ее учредительный съезд, утвердивший програм­му и уетав, состоялся на рубеже 1905—1906 гг., а первые организации под таким названием стали появляться еще в середине 90-х годоя XIX в. В 1894 г, в Берне (Швейцария) заявил о себе «Союз русских социалистов-революционеров». В 1895—1896 гг. возникли группа эсе­ров в Киеве и «Союз социалистов-революционеров» в Саратове. Новое название принимали, как правило, революционные элементы, прежде именовавшие себя народовольцами. В условиях смены этапов в российском освободительном движении, перехода приоритета в нем от разночинцев к пролетариату, популяр­ность народовольчества, ориентировавшегося преимущественно на террористическую борьбу одиночек и заговоры интеллигентских организаций, быстро таяла. Все менее привлекательным становилось и само название “народоволец”. При таких обстоятельствах и обратились революционные народнические элементы к названию «социалист-революционер». Новым названием они, во-первых, хотели дистанцировать себя, с одной стороны, от народовольцев и либераль­ных народников с их теориями «малых дел», а с другой — от социал-демократов, которые, по их мнению, в своем увлечении пролетариатом забывали о крестьянстве и якобы игнорировали политическую борьбу, являлись в своей сущности не революционерами, а эволюционистами-Во-вторых, они были намерены продолжать традиции революционного народничества 70-х годов, для которого исходной посылкой была идей массового революционного движения и социальной народной рево­люции. В то же время название «социалист-революционер» было общим для всех направлений, течений и организаций революционного народничества.Во второй половине 90-х годов возник ряд новых эсеровских организаций (в Воронеже, Петербурге, Пензе, Полтаве и др.) предпринимались попытки их объединения. Эту цель в частности, преследовали съезды представителей эсеровских организаций в Воронеже (август 1897 г.), в Полтаве (ноябрь 1897 г.) и в Киеве (август 1898 г.). За разработку теории эсеров взялся Виктор Михайлович Чернов (1873—1952). Внук крепостного крестьянина и сын уездного казначея, получившего личное дворянство, он родился в г. Новоузенске Самар­ской губернии, в 1894 г., будучи студентом юридического факультета Московского университета» он был арестован по делу народоправцев. После полутора лет тюремного заключения отбывал ссылку сначала на родине, затем в г. Тамбове. При его содействии в Тамбовской губернии были созданы первые в России революционные крестьянские братства. Благодаря его усилиям за границей в 1900 г. образовалась Аграрно-социалистическая лига для оказания помощи революционной работе в деревне. И в конце 1901 г. он вошел в партию социалистов-революционеров, являлся ее главным теоретиком, входил в редакции всех центральных печатных органов партии; член ЦК партии. С мая по сентябрь 1917 г. Чернов—министр замледелия во Временном правительстве, затем председатель Учредительного собрания. В сен­тябре 1920 г. нелегально выехал из России. Умер в Нью-Йорке. В. М. Чернов в своей деятельности опирался не только на новей­шую западную литературу по крестьянскому вопросу, труды на­роднических экономистов-классиков — В. П. Воронцова (В. В.) и Н. Ф. Даниельсона, но и на исследования молодых на­родников-экономистов (А. В. Пешехонова, П. А. Вихляева, К. Р. Ко-чаровского, Н. Н. Черненкова). В 90-х годах они внимательно изучали деревню и приходили к выводам о том, что крестьянство в большей степени тяготеет не к классовому расслоению, а к стабилизации и что этой тенденции будет благоприятствовать уравнительное распреде­ление и пользование землей. Переломным в истории эсеровского движения стал рубеж двух ве~ кой. "Напряжение в обществе в связи с разразившимся промышленным кризисом, голодом 1901 г., ростом рабочих и студенческих выступ­лений» усилением правительственных репрессий возросло настолько, что патриарх народничества Н. К. Михайловский, переживавший уже не первую подобную ситуацию, пророчествовал о возрождении тер­рора. В реаолюционное среде начинает расти внимание к эсерам. Их ряды пополняются лицами, сыгравшими впоследствии видную роль в истории! партии. Это уже отбывшие каторгу народовольцы М. Р. Гоц, О. С. Атинор, а также целая плеяда студенческой молодежи — Н. Д. Авксентьев, А. Р. Гоц, В. М. Зензинов, II. И. Фондаминский,— вы­нуждая продолжать свое образование за границей. Оставляет куль-турно-просветительекую деятельность и переходит на нелегальное положение создатель Боевой организации эсеров и один из основателей партии Г. А. Гершуни. Появляются печатные органы: в эмиграции — ежемесячная газета «Накануне» (1899г., Лондон), журнал «Вестник русской революции» (1901 г., Париж). В начале 1901 г. вышел первый номер газеты «Революционная Россия». В масштабах отдельных регионов начинает набирать силу объединительная тенденция. В 1899 г. образовалась Рабочая партия политического освобождения России (РППОР) с центральной организацией в Минске и группами, кружками и отдельными сто­ронниками в городах Двинске, Белостоке, Бердичеве, Житомире, Ека-теринославе и Петербурге. Партия была образована Л. М. Клячко (Родионовой) при содействии Е. К. Брешковской и Г. А. Гершуни. В программной брошюре партии — «Свобода» — утверждалось, что только систематический террор принесет политическое освобождение России, заниматься которым должна специальная боевая организация. Численность, влияние и практическая деятельность РППОР далеко не соответствовали ее претенциозному названию. Наиболее политически значительными делами партии стало издание и распространение в Минске, Киеве, Одессе и Петербурге в 1900 г. первомайской прок­ламации с призывом к политической борьбе с помощью террора, а также организация мастерской по изготовлению ручных печатных станков. Весенними арестами в том же году, которым подверглись око­ло 60 человек, партия почти полностью была ликвидирована. Расширил границы своей деятельности «Союз социалистов-рево­люционеров». Еще в 1897 г. он перенес свое основное место пребывания из Саратова в Москву. Группы его сторонников были в Петербурге, Ярославле, Томске и ряде других мест.

В конце лета 1900 г. заявила о себе изданием «Манифеста» Партия социалистов-революционеров, созданная южными организациями эсе­ров. «Манифест» был первым программным документом, исходившим от объединенных организаций эсеров, и первой попыткой изложить программу, не придерживаясь трафарета программы «Народной воли». «Манифест» отразил состояние растерянности и неопределенности эсе­ровской мысли в вопросах теории, программы и тактики. Сказывалось сильное влияние марксизма. Недаром социал-демократическая «Иск­ра» находила, что, за исключением положений о значении общины и других ассоциаций, «весь остальной «Манифест» представляет собою изложение принципов русской социал-демократии», и приглашал" лиц, разделявших его взгляды, соединяться с социал-демократами.

Вместе с тем «Манифест» не устраивал своим умолчанием о терроре экстремистски настроенные круги эсеров — сторонников РППОР и «Союза социалистов-революционеров». В целом же южная партия социалистов-революционеров была организацией скорее символичес­кой, нежели реальной. Ее «крестная мать» Е. К. Брешковская призна­вала, что «Манифест» был составлен «слабо», но с выпуском его «пришлось поспешить»: это надо было для того, чтобы сторонники партии «стали быстрее примыкать к ее организациям». С появлением «Манифеста» такие эсеровские организации, как киевская и харьковская, стали именовать себя комитетами партии. Однако у партии не было ни руководящего центра, ни печатного орга­на. Помимо «Манифеста», под грифом партии были выпущены бро­шюра для крестьян «19 февраля» и первомайская прокламация. Осенью 1901 г. с целью доставки литературы из-за границы киевской и са­ратовской организациями партии была создана Комиссия для сношений с заграницей в составе Е. К. Брешковской, Г. А. Гершуни и П. П. Крафта.

Объединительная тенденция намечалась и в эсеровской эмиграции. Представители ее различных течений сотрудничали в газете «Нака­нуне» и журнале «Вестник русской революции»; но наиболее реальным ее воплощением стала «Аграрно-социалистическая лига», основанная в 1900 г. в Париже. Инициатором создания Лиги и автором ее прог­раммной статьи «Очередной вопрос революционного дела» был В. М. Чернов. Лига ставила своей главной задачей привлечь внимание рево­люционной интеллигенции к работе в деревне и помочь ей в этом изданием пропагандистской литературы. Это конкретное дело объединило в Лиге представителей различных народнических эмигрантских организаций: «Фонда вольной русской прессы» (на­родники-семидесятники Е. Е. Лазарев, Ф. В. Волховский, Л. Э. Шишко, Н. В. Чайковский); группы старых народовольцев (И. А. Ру-банович); «Союза русских социалистов-революционеров» (X. О. Житловский, М. А. Розенбаум, В. М. Чернов и др.); журнала «Вестник русской революции» М. Р. Гоц) и газеты «Накануне» О. А. Серебряков). Лига заявляла себя открытой и для представите­лей других революционных направлений, признававших необ­ходимость революционной и социалистической работы в деревне. У нее была договоренность с редакцией «Искры» о распространении ею изданий Лиги.

В это же время в эсеровской среде начинает настойчиво звучать призыв к объединению в одну всероссийскую партию. Это вызывалось стремлением не только усилить эффективность борьбы с самодер­жавием, но и не отстать от своих политических конкурентов — социал-демократов. Однако степень зрелости эсеровского направления была еще весьма недостаточной для реального воплощения я жизнь мечты об объединении: местные организации были малочисленными и сла­быми по своему политическому влиянию. Мешали объединению и раз­ногласия по целому ряду теоретических, программных и тактических вопросов, в частности о масштабе и темпах политических преобра­зований, о роли и значении различных классов в этих преобразо­ваниях, о формах, методах и средствах борьбы, особенно о терроре. Не было единства и по вопросу о том, каким путем и на каких принципах должна создаваться партия. Представители РППОР и Южной партии считали предпочтительным федеративный принцип, мотивируя это тем, что в условиях конспирации трудно создать центр из «достойных людей», а гибель партийного центра, как показал опыт «Народной воли», непременно приведет к гибели всего дела.

Иной была точка зрения руководства «Союза социалистов-рево­люционеров». Программный документ Союза был составлен еще в 1896 г., распространялся в гектографированном виде. Только в 1900 г. он был отпечатан за границей «Союзом русских социалистов-рево­люционеров» в виде брошюры под названием «Наши задачи». В основе этого программного документа лежала откорректированная программа Исполнительного комитета «Народной воли». Так, в программе Союза отсутствовали бланкистская идея захвата власти и требование созыва Учредительного собрания. В то же время была предпринята попытка наметить программу-минимум. Главная роль в пропаганде идей социализма и в борьбе с абсолютизмом отводилась социально-рево­люционной партии, использующей систематический террор против «наиболее вредных и влиятельных» правительственных лиц.

Союз представлял собой малочисленную, интеллигентскую по сво­ему составу, глубоко законспирированную организацию, изредка про­являвшую себя изданием какой-либо брошюры или прокламации. Поддерживая идею объединения эсеровских сил в единую все­российскую партию, представители Союза в вопросе о принципе ее построения были не «федералистами», а «централистами». Они считали, что партия должна вырасти вокруг общего дела, каким может быть прежде всего издание газеты. К этому Союз и направил свои основные усилия. Ему удалось выпустить два номера газеты «Рево­люционная Россия». «Чувствуя почву под ногами,— вспоминал А. А. Аргунов,— мы приступили к более тесному организационному сближению с «южной» партией и заграницей, и начаты были пере­говоры, чтобы упразднить наш Союз и сделать «Рев. Рос.» органом партии с.-р.». Однако эти переговоры не были завершены, так как в сентябре 1901 г. жандармы разгромили типографию Союза в Томске, печатавшую третий номер «Революционной России». Этим актом было разрушено главное дело, на которое делало ставку руководство Союза в решении проблемы создания партии. Угроза ареста нависла над всеми остальными членами Союза.

В этот трудный для Союза период в его состав был принят про­вокатор Е. Ф. Азеф. Еще в начале 90-х годов, будучи студентом политехникума, в г. Карлсруэ в Германии, он предложил свои услуги Департаменту полиции. Сблизившись с «Союзом русских социалистов-революционеров», ставшим с 1898 г. представителем «Союза социалистов-революционеров» за границей, и заручившись рекомен­дацией от заграничных эсеров, он в 1899 г. прибыл в Россию и по­ступил в распоряжение начальника Московского охранного отделения С. В. Зубатова. Азеф оказывал мелкие услуги «Союзу социалистов-революционеров» по организации типографии в Томске, но при этом дал возможность охранке выяснить ее местонахождение. С провалом типографии Азеф стал настойчиво советовать лидерам Союза перебраться за границу и там возобновить издание газеты.

Азеф добился своего. За границу выехала сначала одна из руководителей Союза М. Ф. Селюк , а затем и сам Азеф. В декабре 1901 г. в Берлине они случайно встретились с Г. А. Гернуши и в результате ряда совместных бесед пришли к соглашению об объединении южных эмеров и Союза в единую партию социалистов-революционеров. Сообщение об этом соглашении опявилось в третьем номере ”Революционной России”, вышедшем за границей в январе 1902 г. Сама газета и журнал “Вестник русской революции” объявлялись органами партии. Выражалось согласие с основными положениями программы журнала , народовольческими по своему характеру и существенно расходившимися со взглядами как членов

Союза, так и южных эсеров.

Появление названного сообщения принято считать датой образования щргии эсеров. На наш взгляд, подобное утверждение требует уточнения. Образование партии было лишь декларировано. У партии пока не было ни устава, ни четкой одобренной всеми эсерами программы, ни руководящего органа. Не существовало и фундамента

-— правильно функционировавших, достаточно влиятельных местных организаций. Более того, «Союз социалистов-революционеров», вследствие арестов его членов в начале декабря 1901 г., после отбытия Азефа за границу, фактически прекратил свое существо­вание. Соглашением был создан лишь идейный центр партии и положено начало процессу ее формирования.

Главную идейную и организационную роль в этом процессе играла газета «Революционная Россия». Г. А. Гершуни, вернувшийся из-за границы, объехал существовавшие в то время эсеровские организации, информировал о состоявшемся соглашении и добился от них заявления о формальном присоединении к партии. Летом 1902 г. к ней присоединились остатки РППОР, а в декабре о своем вхождении в партию заявила киевская группа «Рабочего знамени». В итоге все эсеровские организации были собраны воедино. В условиях революционной ситуации начала 900-х годов популярность эсеров ширилась, росли их численность и количество местных партийных организаций. Если к моменту достижения соглашения об объединении было всего лишь около десятка таких организаций, то к началу 1905 г. было уже свыше сорока комитетов и групп. Наиболее крупными и влиятельными были организации на юге и юго-западе: киевская, екатеринославская, одесская и харьков­ская. Функции российского центра партии до конца 1902 г. исполнялись саратовской организацией. Столичные организации — петербургская и московская — стали серьезно заявлять о себе лишь непосредственно перед революцией 1905—1907 гг. I Центральные же российские губернии в предреволюционный "период эсеровским влиянием были затронуты весьма слабо.

ЧИСЛЕННОСТЬ, СОСТАВ, ОРГАНИЗАЦИОННАЯ СТРУКТУРА В НАЧАЛЕ 900-Х ГОДОВ

Если судить о численности эсеровской партии в период ее подпольного существования довольно сложно, так как состав ее организаций был весьма текучим, не было четких критериев членства, к тому же по конспиративным соображениям члены партии не регистрировались. По нашим подсчетам, основанным на данных полицейских документов, за десятилетие, предшествовавшее первой российской революции, к эсеровскому движению были причастны около 2—2,5 тыс. человек. По социальному составу оно в этот период было преимущественно интеллигентским: доля интеллигенции составляла в нем более 70%, в том числе учащихся — около 30, удельный вес рабочих составлял 26, а крестьян — чуть более 1,5%. Партия была неоднородной в воз­растном отношении и по стажу участия ее членов в революционном движении. iB ней явственно наблюдались два слоя: с одной стороны, «старики» — революционные народники 70—80-х годов; с другой — молодежь, вступившая в революционное движение в начале 900-х го­дов, 1

— Любопытно и следующее. Эсеров отличало от других течений не только мировоззрение, но в какой-то мере даже склад ума, психология. Марксизм, как правило, притягивал натуры рассудочные, уравнове­шенные, не склонные к бурным проявлениям чувств; а народничество (особенно его экстремистское крыло) объединяло людей более эмоциональных, постоянно испытывавших духовную и нравственную неудовлетворенность. •—

Известно, что эффективность партии как политической силы в ус­ловиях авторитарно-полицейского режима в немалой степени опреде­лялась степенью ее организованности. Что же представляли в этом отношении эсеры? [Сравнивая свою партию с большевистской, В. М. Чернов отмечал, что они были «как бы двумя крайними полюсами», что эсеры «грешили» более в сторону «организационного нигилизма и свободы от форм, граничащей с организационной расхлябанностью». Эта «ахиллесова пята» эсеров довольно отчетливо заявила о себе уже на стадии их формирования в партию. Характерно, что в сообщении о возникновении партии вопрос, о ее организационной структуре во­обще не был затронут. Видный деятель партии Е.С. Не­четный), совершивший поездку по России в 1902 г., не нашел никакой организации, похожей на партию, на местах он обнаружил «просто группы работавших людей». Подобную же картину он наблюдал и в 1903—1904 гг.

Местные организации, комитеты и группы, составлявшие основу партии, формировались по территориальному принципу. В сложившей­ся организации, как правило, имелись союз пропагандистов» агитатор­ская сходка и технические группы (типографская и транспортная), занимавшиеся изданием, хранением и распространением литературы. Организации строились сверху вниз, т. е. вначале возникало «ядро» — комитет, а затем его члены создавали низшие подразделения. По мере роста партии вширь, возникновения новых функций, в ее организационной структуре появлялись новые компоненты. В апреле 1902 г. террористическим актом против министра внутренних дел Д. С. Сипягина заявила о себе Боевая организация (БО), к формированию которой Гершуни приступил еще осенью 1901 г. БО являлась самой законспирированной частью партии. В то время, когда во главе ее стоял Гершуни (до его ареста в мае 1903 г.) она была «рассеянной»: каждый из ее членов проживал отдельно, в своем регионе, ожидая, когда от главы организации придет вызов. Компак­тной, централизованной, с беспрекословной дисциплиной она стала при Азефе, он же полностью обновил и ее состав. Численность БО не была постоянной: при Гершуни в ней было не более 10—15 человек;

в 1906 г. в нее входило около 25—30 человек. За всю историю су­ществования БО (1901—1908) в ней работали свыше 80 человек. Организация была в партии на автономном положении, ЦК лишь давал ей задание на совершение очередного террористического акта и указывал желательный срок его исполнения. У БО были своя касса, явки, адреса, квартиры, ЦК не имел права вмешиваться в ее внут­ренние дела. Руководители БО Гершуни (1901—1903) и Азеф (1903— 1908) являлись организаторами партии эсеров и самыми влиятельными членами ее ЦК.

В целях активизации и расширения партийной работы в деревне в 1902 г. был образован Крестьянский союз партии социалистов-рево­люционеров. В мае 1903 г. было заявлено о создании «Союза народных учителей», в 1903—1904 гг. при ряде комитетов стали возникать «Ра­бочие союзы», которые объединяли членов комитета и примыкавших к нему лиц, занимавшихся революционной работой среди рабочих.

Трудноразрешимой загадкой является вопрос о ЦК партии. Из-за скудности и противоречивости имеющихся сведений практически не­возможно точно выяснить, когда и где он возник, каков был его состав. Вероятно, ЦК партии как такового первоначально не было. Централь­ные функции исполнялись, видимо, наиболее сильной местной организацией — такой была сначала саратовская, а после ее разгрома в конце 1902 г. екатеринославская, одесская и киевская. Заслуживает внимания мнение М. М. Мельникова, видного деятеля эсеровского движения того времени, считавшего, что ЦК «вылупился», причем «не­ожиданно», т. е. без согласования с рядом местных организаций, из упоминавшейся выше Комиссии по сношению с заграницей и состоял, в частности, первоначально из Брешковской, Гершуни и Крафта, исполнявших функции разъездных агентов. После арестов Крафта и Гершуни и переезда за границу Брешковской с весны 1903 г. по апрель 1904 г. весь российский эсеровский ЦК воплощался в Азефе, формально ставшем его членом, очевидно, после возвращения из-за границы летом 1902 г. Начиная с апреля 1904 г. он начал формировать новый ЦК, кооптируя в него, главным образом, эсеров, проживавших ле­гально, и старых известных народников, возвратившихся из ссылки.

Представителем российского центра за границей с момента возникновения партии был М. Р. Гоц. Характеризуя исключительную роль Гоца в партии в предреволюционный период, В. М. Чернов на­зывал его «диктатором». Михаил Рафаилович Гоц (1866—1906), сын московского купца-миллионера, отбыл каторгу и ссылку за участие в народовольческом движении. Оказавшись в 1900 г. за границей, он стал одним из активнейших организаторов эсеровских сил. Департа­мент полиции считал его «самым опасным человеком» в партии, имея в виду не только его энергию, организаторские способности, но и то, что он «без счета» давал деньги на революцию, особенно охотно на террор. На его средства первоначально существовали «Вестник русской революции» и «Революционая Россия». Безграничным доверием Гоца пользовался Е. Ф. Азеф. Б. В. Савинков, вступивший в партию и ее Боевую организацию в 1903 г., отмечал, что в то время, по существу, только два члена ЦК, Гоц и Азеф, «распоряжались всей партией».

В партии были очень слабыми вертикальные и горизонтальные связи: между местными организациями и центром, между отдельными местными организациями. На первом этапе объединение в эсеровской среде было не столько организационное, сколько идейное, осущест­влявшееся газетой «Революционная Россия».

ПРОГРАММА, ИДЕОЛОГИЯ, ТАКТИКА. УСТАВ

Вопрос о программе начал обсуждаться в эсеровской среде еще ле­том 1902 г., а ее проект (четвертый вариант) был опубликован лишь в мае 1904 г. в № 46 «Революционной России». Проект с незначитель­ными изменениями был утвержден в качестве программы партии на ее первом съезде в начале января 1906 г. Эта программа оставалась главным документом партии на протяжении всего ее существования. Основным автором программы был главный теоретик партии В. М. Чернов.

Эсеры являлись прямыми наследниками старого народничества, сущность которого составляла идея о возможности перехода России к социализму некапиталистическим путем. Однако в народническую доктрину об особом пути России к социализму эсеры внесли суще­ственные коррективы, обусловленные теми изменениями, которые произошли как в России, так и в мировом социалистическом движении к началу XX в. Отвергнув марксистский принцип материалистического монизма, считавший уровень развития производительных сил за «пер­вопричину», «конечный счет» всех других общественных явлений, ав­торы программы придерживались при ее составлении метода эмпириокритицизма, сводившегося к выявлению взаимозависимости и функциональных связей между всей совокупностью фактов и явлений. В эсеровской программе можно выделить четыре основных блока. Первый из них посвящен анализу тогдашнего капитализма; второй — противостоящему ему международному социалистическому движению;

в третьем — давалась характеристика своеобразных условий

Похожие рефераты: