Xreferat.com » Рефераты по истории » Борис Федорович Поршнев

Борис Федорович Поршнев

в глубь веков и тысячелетий, тем выпуклее этот импульс».29 Фактически Поршнев намечает контуры науки о первобытной экономике. Однако в силу того, что сохранившиеся в наше время следы первобытной экономической культуры относятся скорее к культуре как таковой, данная тема отнесена к разделу «культурология».

Глава 3. Общество, культура, религия в исторических построениях Б. Ф. Поршнева


На основании этого же положения о развитии человечества из «кормовой базы» и противостояния «предкам», Б. Ф. Поршнев развивает и свои социологические теории. В рамках этой концепции «ядром» или «элементарной клеточкой» социально-психологических процессов определяется оппозиция «мы – они». Зарождение этой оппозиции восходит ко времени распространения в среде неоантропов практики использования тех специфических механизмов воздействия друг на друга, которые перед этим сложились в их отношениях с палеоантропами. Осознание себя в качестве общности («мы») формируется, по Поршневу, в процессе негативного взаимодействия с «ними», т. е. – с палеоантропами. Такое отталкивание, будучи перенесенным внутрь самих неоантропов и порождает множество оппозиций «мы – они», каждая из которых основана на исходном взаимном «подозрении», что «они» не вполне люди.30

В процессе человеческой истории развитие этого исходной оппозиции приводит к формированию гигантской сети, отчасти взаимопересекающихся, отчасти поглощающих друг друга различных общностей («мы»), каждая из которых осознает себя в качестве таковой, противопоставляя себя некоему «они».31

Также и исследования Поршнева, затрагивающие культуру, касаются, главным образом, ее происхождения, нейрофизиологических, зоологических, а также социально-психологических предпосылок ее различных проявлений.

Хотя большинство сравнительно-исторических исследований по этике и эстетике занимается почти исключительно представлениями о «хорошем» и «красивом», с точки зрения Поршнева, напротив, наиболее интересными были бы исследования именно того, что в разные эпохи у разных народов считалось «плохим» и «некрасивым».

С другой стороны, это исследование самого физиологического и психологического механизма осуществления запрета – запрета делать что-либо «плохое». Поршнев анализирует наиболее древние запреты, выделяя три их важнейшие группы.

К первой группе он относит запреты убивать себе подобного, т.е. ограничение сформированной в ходе дивергенции фундаментальной биологической особенности человека: «По-видимому, древнейшим оформлением этого запрета явилось запрещение съедать человека, умершего не той или иной естественной смертью, а убитого человеческой рукой. Труп человека, убитого человеком, неприкасаем».32

Ко второй группе запретов Поршнев относит «запреты брать и трогать те или иные предметы, производить с ними те или иные действия. Эта группа запретов особенно тесно связана с формированием общественного отношения собственности».33

Наконец, к третьей группе запретов Поршнев относит половые запреты, в частности, наиболее древние из них – запрет полового общения матерей и сыновей, затем братьев и сестер. Подводя итоги своему анализу образа жизни древнейших людей, Поршнев пишет: «На заре становления общества… эти запреты означали преимущественные права пришельцев-мужчин. Но сложившийся таким образом конфликт между ними и младшими, выросшими на месте мужчинами, разрешился в форме возникновения, во-первых, обособлением младших в особую общественную группу, отделенную от старших сложным барьером, во-вторых, экзогамии – одного из важнейших институтов становящегося человеческого общества».34

Взгляды ученого на историю религиозных верований, происхождение представлений о «хороших» и «плохих» божествах также существенно отличается от общепринятых взглядов – как религиозных, так и светских.

Для Поршнева человеческая культура зарождается в эпоху дивергенции. В ряде специальных исследований он убедительно показал, что образы божеств, протобожеств, различных разновидностей «нечистой силы» являются отражением именно палеоантропа, с которым на протяжении длительного времени приходилось взаимодействовать человеку, а также отражением конкретных особенностей самого этого взаимодействия. И чем более древними являются эти образы, тем большие в них буквальных физических черт и особенностей поведения реального, «живого» палеоантропа.35

В функционировании института церкви Б. Ф. Поршнев также ищет материальные предпосылки. По его мнении., сущность христианского вероучения как комплекса идей, выполняющих функцию защиты экономического базиса феодализма, можно свести, пишет Поршнев, «к двум основным идеям, направляющим поведение людей: во-первых, к учению о том, что они должны делать (о добродетели), во-вторых, о том, чего они не должны делать (о грехе)».36 Главная христианская добродетель, при всем многообразии отдельных предписаний религии, в конечном счете сводится к одному пункту: «живи для бога»2, т.е. живи не для себя.

Поршнев рассматривает эту добродетель в качестве мощного инструмента, тормозящего экономическое сопротивление крестьянина: «Ясно, что это учение, будучи воспринято, должно было служить колоссальной помехой на пути укрепления крестьянского хозяйства и стремления крестьян к повышению уровня своей жизни. Более того, оно прямо требовало: “отдавай”,– а далее уже нетрудно было показать, что раз отдавать в конечном счете надо богу, то естественнее всего отдавать тем, кто представляет бога на земле – церкви и властям (ибо нет власти не от Бога)”37 Однако главной проблемой для надстройки было открытое сопротивление. Поэтому, хотя принцип “жизни не для себя” и выдвигался христианством на передний план, главным было все же учение о грехе: “Задача религии была не столько в том, чтобы уговорить крестьянина отдавать свой труд и плоды своего труда земельному собственнику и повседневно отказывать себе в удовлетворении насущных потребностей, сколько в том, чтобы уговаривать его не сопротивляться: ведь само существование феодальной эксплуатации необходимо заставляло крестьянина отстаивать свое хозяйство, укреплять его, в этом смысле “жить для себя” и сопротивляться».38

И здесь все сводится, в конечном счете, к одному пункту – к греху неповиновения. Поршнев подчеркивает, что учение о грехе было могучим орудием борьбы не только с восстаниями, но и с низшими формами открытого крестьянского сопротивления – частичным сопротивлением, уходами. Учение о грехе не только обезоруживало крестьянство, но и вооружало его противников: «Поскольку восстание есть стихия сатаны – здесь не должно быть места пощаде; не только право, но долг христианина – разить мятежников мечом».39

Подводя итоги анализу ключевых идей, которые религия внушала трудящимся, Поршнев сопоставляет роль церкви и государства: «Сущностью религии было, как видим, то же, что было и сущностью государства – подавление угрозы восстаний угрозой наказаний… Но между ними была и глубокая разница. Государство располагало действительной огромной силой для осуществления своих угроз. Авторитет лишь подкреплял эту материальную силу. Напротив, церковь располагала неизмеримо меньшими материальными возможностями и в основном действовала идейным внушением. Почему же ей верили?».40 Здесь ученый вновь обращается к анализу социально-психологической природы убеждения (проповеди) как формы контрконтрсуггестии - то есть, в общем-то, к тому механизму, которым палеоантропы первоначально принуждали к повиновению свою «кормовую базу».


Заключение


Исследования Бориса Федоровича Поршнева затрагивали едва ли не все направления общественных наук, а также некоторые смежные направления наук естественных. Исследования во всех этих областях рассматривались Поршневым в качестве тесно связанных друг с другом аспектов становления единой синтетической науки – «об общественном человеке или человеческом обществе». Универсализм Поршнева совершенно беспрецедентен для науки XX в. по своим масштабам и одновременно предполагает опору на самые точные эмпирические факты в соответствии с самыми строгими научными критериями, сформированными в этом веке.

Однако к судьбе ученого вполне применима цитата – высказывание одного биографа о судьбе известного экономиста Й. Шумпетера: «У него было много учеников, но не было последователей».41 У Поршнева было и есть много учеников и даже сторонников его взглядов в отдельных областях знаний. Но последователей в специальности «наука об общественном человеке или человеческом обществе» не существует, ибо такой специальности с поршневской парадигмой не сложилось.

«Со всем этим гигантским наследием нужно что-то делать, - говорит О. Т. Вите. – Правда, пока смельчак не нашелся».42


Список источников и литературы

Источники


Поршнев Б.Ф. Борьба за троглодитов // Простор. 1968. №№ 4-7. № 7. С. 125

Поршнев Б. Ф. История Средних веков и указание товарища Сталина об основной черте феодализма // Известия АН СССР. Серия Истории и философии. М., 1949. Т. VI. № 6. С. 535 – 536.

Поршнев Б. Ф. К вопросу об основном экономическом законе феодализма // Вопросы истории. М., 1953. № 6.

Поршнев Б.Ф. Книга о морали и религии угнетенных классов Римской империи // Вестник древней истории. М., 1963. № 1 (63).

Поршнев Б. Ф. Ледовое побоище и всемирная история // Истфак МГУ. Доклады и сообщения. М., 1947. Вып. 5.

Поршнев Б. Ф. Мыслима ли история одной страны? // Историческая наука и некоторые проблемы современности. Статьи и обсуждения. М., 1969.

Поршнев Б. Ф. Народные восстания во Франции перед Фрондой (1623—1648). М., 1948.

Поршнев Б. Ф. Очерк политической экономии феодализма. М., 1956.

Поршнев Б. Ф. Поиски обобщений в области истории религии // Вопросы истории. М., 1965. № 7.

Поршнев Б. Ф. Проблемы возникновения человеческого общества и человеческой культуры // Вестник истории мировой культуры. 1958. № 2. С. 40.

Поршнев Б. Ф. Социальная психология и история. М., 1966.

Поршнев Б. Ф. Тридцатилетняя война и вступление в нее Швеции и Московского государства. М., 1976.

Поршнев Б.Ф. Феодализм и народные массы. М., 1964.

Поршнев Б. Ф. Франция, Английская революция и европейская политика в середине XVII в. М., 1970.


Литература


Вите О. Т. Б. Ф. Поршнев: опыт создания синтетической науки об общественном человеке и человеческом обществе // Полития. 1998. №3.

Момджян Н. и Токарев С. А. Предисловие // Поршнева Б. Ф. О начале человеческой истории. Проблемы палеопсихологии. М., 1974. С. 2 – 11.




Примечания


1 Поршнев Б. Ф. Народные восстания во Франции перед Фрондой (1623—1648). М., 1948.

2 Поршнев Б. Ф. Очерк политической экономии феодализма. М., 1956.

3 Поршнев Б. Ф. Феодализм и народные массы. М., 1964.

4 Поршнев Б. Ф. Социальная психология и история. М., 1966.

5 Поршнев Б. Ф. Франция, Английская революция и европейская политика в середине XVII в. М., 1970.

6 Момджян Н. и Токарев С. А. Предисловие // Поршнева Б. Ф. О начале человеческой истории. Проблемы палеопсихологии. М., 1974. С. 2 – 11.

7 Вите О. Т. Б. Ф. Поршнев: опыт создания синтетической науки об общественном человеке и человеческом обществе // Полития. 1998. №3.

8 Момджян Н. и Токарев С. А. Указ. соч. С. 5.

9 Вите О. Т. Указ. соч.

10 Там же.

11 Поршнев Б. Ф. Мыслима ли история одной страны? // Историческая наука и некоторые проблемы современности. Статьи и обсуждения. М., 1969.

С. 310.

12 Там же. С. 310 – 311.

13 Поршнев Б. Ф. Франция, Английская революция и европейская политика в середине XVII века. М., 1970; Поршнев Б. Ф. Тридцатилетняя война и вступление в нее Швеции и Московского государства. М., 1976.

14 Поршнев Б.Ф. Франция, Английская революция и европейская политика… С. 39 – 40.

15 Поршнев Б. Ф. Тридцатилетняя война… С. 202 – 229.

16 Поршнев Б.Ф. Ледовое побоище и всемирная история // Истфак МГУ. Доклады и сообщения. М., 1947. Вып. 5.

17 Там же.

18 Там же.

19 Там же.

20 Поршнев Б.Ф. Феодализм и народные массы. М., 1964.

21 Там же. С. 512.

22 Там же. С. 513.

23 Поршнев Б. Ф. К вопросу об основном экономическом законе феодализма // Вопросы истории. М., 1953. № 6; Поршнев Б.Ф. Очерк политической экономии феодализма. М., 1956.

24 Поршнев Б. Ф. История Средних веков и указание товарища Сталина об основной черте феодализма // Известия АН СССР. Серия Истории и философии. М., 1949. Т. VI. № 6. С. 535 – 536.

25 Поршнев Б. Ф. О начале человеческой истории…

26 Момджян Н. и Токарев С. А. Указ. соч. С. 7 – 8.

27 Поршнев Б.Ф. Возможна ли сейчас научная революция в приматологии? // Вопросы философии. 1966. № 3. С. 113 – 116.

28 Поршнев Б.Ф. О начале человеческой истории… С. 404 – 405.

29 Там же.

30 Поршнев Б.Ф. Социальная психология и история. М., 1978.

31 Поршнев Б.Ф. Мыслима ли история одной страны… С. 314 – 315.

32 Поршнев Б. Ф. Проблемы возникновения человеческого общества и человеческой культуры // Вестник истории мировой культуры. 1958. № 2. С. 40.

33 Там же. С. 42.

34 Там же.

35 Поршнев Б.Ф. Книга о морали и религии угнетенных классов Римской империи // Вестник древней истории. М., 1963. № 1 (63); Поршнев Б. Ф. Поиски обобщений в области истории религии // Вопросы истории. М., 1965. № 7.

36 Там же.

37 Там же.

38 Там же.

39 Там же.

40 Там же.

41 Вите О. Т. Указ. соч.

42 Там же.


Приложение


28


Похожие рефераты: