Xreferat.com » Рефераты по криминалистике » Логика в судебной практике

Логика в судебной практике

нападениям со стороны К. не подвергалась. Вывод суда о виновности К. в убийстве своей жены оказался ошибочным прежде всего в силу ложного опознания трупа, ибо именно этот факт явился основным и замыкающим в системе обвинительных улик. Логические ошибки подобного рода, относятся к так называемым ошибкам ложного основания.

Большей посылкой в силлогистическом умозаключении, устанавливающем связь отдельного доказательства с событием преступления, обычно выступает общее суждение, формулирующее знания о связях между подобного рода явлениями.

Знание это, выражающееся в различных по своему характеру суждениях, - результат предшествующего опыта. В одном случае эти общие суждения устанавливаются наукой и представляют безусловно достоверные суждения. В другом случае в качестве большей посылки выступают полученные индуктивным путем через простое перечисление, обобщение, которые носят лишь вероятный, проблематический характер. В зависимости от характера этого обобщения, т. е. от качества большей посылки, различную ценность имеет и заключение.

Если в качестве большей посылки в таком силлогизме выступает общее истинное суждение, то и заключение в нем будет достоверным, разумеется, если достоверно установлен сам факт. Так, если на месте преступления обнаружен пальцевый отпечаток, узоры которого сходны с узорами отпечатка, снятого у обвиняемого, то отсюда следует достоверный вывод, что обвиняемый был на месте преступления. Вывод в данном случае протекает в форме силлогистического дедуктивного умозаключения, большей посылкой которого является установленное медициной и криминалистикой положение о неповторимости, индивидуальности и неизменности пальцевых узоров у человека, тот факт, что у двух людей не может быть абсолютно сходных узоров.

Силлогизм с достоверным общим суждением в качестве большей посылки дает достоверные выводы о взаимосвязи отдельных фактов с событием преступления, если в меньшей посылке фиксируется знание о существовании самих фактов. Это же умозаключение служит достаточным основанием для отнесения таких фактов к доказательствам по делу. При отрицательной меньшей посылке достоверно устанавливается отсутствие связи между фактом и преступным деянием, тем самым указанный факт исключается из числа доказательств как не относящийся к делу.

Если в процессе анализа одних фактов в качестве больших посылок выступают безусловно достоверные общие положения, установленные наукой и проверенные практикой, то в других случаях, такими большими посылками будут проблематические суждения, полученные индуктивным путем, относительно обычно встречаемой связи между определённого рода явлениями, поступками людей, отношениями между людьми и т.д. Разумеется заключение в силлогизме при подведении единичного факта под такое общее положение будет носить лишь вероятный характер. Так, факт угрозы убийством со стороны А. в адрес Б. и факт последующего убийства Б. неизвестным лицом, сами по себе не могут быть поставлены в такую связь, благодаря которой мы заключили бы, что А., несомненно, является убийцей Б. Большую посылку в этом силлогизме мы можем выразить в форме проблематического суждения: “Лицо, предварительно угрожавшее кому-то убийством, по-видимому, причастно к убийству этого человека”. Значит, при подведении под это положение частного факта - убийства Б. и предшествовавшей ему угрозы со стороны А. - мы получим лишь вероятное заключение: “Б., по всей вероятности, причастен к убийству А.”.

В процессе длительной судебно-следственной практики установлено, что в большинстве случаев, лица, стремящиеся скрыться от суда и следствия, действительно совершили преступление. Наряду с этим известны случаи, когда такое поведение может объясняться другими причинами, например неосновательной боязни иметь дело с органами расследования. Значит, в некоторых случаях лица, стремящиеся скрыться от суда и следствия, не причастны к преступлению. Точно также опыт подсказывает, что не всегда высказанная в адрес потерпевшего угроза убийством приводится в исполнение, хотя часто такое поведение действительно предшествует совершению преступления. Наиболее адекватной логической формой выражения полученных в таком индуктивном обобщении знаний служит разделительное суждение типа: “S есть либо Р1, либо Р2”, например, “лица, пытающиеся скрыться от суда и следствия, - либо преступники, либо не преступники”, или “лицо, угрожавшее потерпевшему, - либо исполнило угрозу, либо не исполнило ее”.

Особенность индуктивного обобщения состоит также в том, что оно не только указывает на возможное поведение лица, возможные признаки предмета (либо Р1, либо Р2), но и отмечает те из них, которые наиболее часто встречаются, преобладают над другими. Так мы не просто констатируем, что стремление скрыться от суда и следствия чаще характерно для преступника, нежели для лица, не причастного к преступному деянию. В другом случае мы фиксируем: в большинстве случаев высказывавший угрозу совершить преступление - действительно совершает его.

Фиксируя повторяемость определенных признаков у однородных предметов, однотипное поведение людей в сходных ситуациях, человек всегда стремиться найти рациональное объяснение тем и другим поступкам и лишь после этого использует полученные обобщения в практике мышления. Познание причин, обусловливающих поведение людей и их поступки, объясняет тот факт, что при обращении к индуктивным обобщениям этого рода учитывается не только количество, частота случаев, “за” и “против”, но и содержание - типичность поведения в определенной обстановке, а в силу этого и преобладающее число таких случаев. Оценивая каждый единичный факт поведения, тот или другой поступок, следователь редуцирует из всего комплекса ранее приобретенных опытных знаний не просто знание о том, что “S есть либо Р1, либо Р2”. Главное внимание при этом обращается на то, что из двух вариантов признак Р1 типичнее для случаев S, поскольку такое поведение более выгодно преступнику, соответствует его преступным устремлениям и чаще встречается, т. е. “большинство S суть Р1”, а не Р2.

Такие определенные частные суждения, аккумулируя знания относительно поведения людей и обычных отношений между явлениями, носят характер достоверных суждений, в них точно и определенно фиксируется принадлежность большинству предметов какого-либо определенного признака.

Суждение о принадлежности всякому S либо признака Р1, либо Р2 ценно тем, что указывает на все признаки. Однако признаки эти указываются разделительно, а это значит, что каждый из них одновременно может быть представлен лишь как возможный, т. е. одно разделительное суждение трансформируется в два суждения возможности: “S может быть Р1” и “ S может быть Р2”

В каждом конкретном случае, например, выясняя вопрос относительно поведения А., следователь совершает логический переход от знания о возможной к знанию о действительной причине поведения А. (либо Р1 либо Р2). В решении вопроса о действительном существовании одного из вариантов решающее значение принадлежит определенным частным суждениям, содержащим знания о том, что “большинство S имеют признак Р1”. Качественная и количественная определённость этих частных суждений, выражающаяся терминами “большинство”, “часто” и т. п., преобразует одно из суждений возможности, а именно: “S может быть Р1”, в проблематическое общее суждение: “Всякое S, вероятно есть Р1”.

Вновь полученные проблематические суждения выполняют в процессе исследования обстоятельств дела роль общих предположений или презумпций. Они с полным основанием могут использоваться в качестве больших посылок силлогистических умозаключений при выявлении связи отдельных фактов с событием преступления.

Вывод, который делает судья и следователь, подводя конкретный факт под такое общее предположение, логически правилен, необходим, хотя и с вероятным заключением, поскольку обобщение, выступающее в качестве большей посылки силлогизма, является проблематическим общим суждением. Несмотря на вероятный характер заключения в таком силлогизме, значение его для исследования обстоятельств дела велико. Возьмем для примера один из таких важных для следователя вопросов, как розыск скрывшегося преступника.

Судебно-следственная практика показывает, что каким бы тяжким ни было совершённое преступление и соответственно какой бы серьёзной ни была угроза наказанием лицу, совершившему деяние, тем не менее скрывавшийся преступник весьма часто не порывает окончательно с родными, близкими, знакомыми, поддерживая с ними связь в той или иной форме. Это положение не просто констатируется, поскольку встречаются подобные случаи, но и находит себе известное объяснение, сводящееся к тому, что в силу многолетних привычек, родственных, семейных и иных связей человеку трудно отказаться от общения с определённым кругом лиц. Кроме того, эти лица часто оказывают помощь и поддержку скрывающемуся. Многолетняя практика обобщает это простое положение в виде общего суждения: “Родные, друзья, близкие скрывающегося лица, подозреваемого в совершении преступления, по-видимому, связаны с ним и могут служить источником сведений о его местонахождении”. Ведя розыск скрывшегося А., следователь учитывает приведённое обобщение в виде большей посылки силлогизма.

Разумеется, полученное заключение будет вероятным суждением, кроме того, отыскание интересующих следователя данных, даже если они имеются у родственников и близких А., во многом зависит от его умения, от тех возможностей, какими он располагает. Однако, несмотря на логически ослабленный характер полученного заключения, оно часто помогает в розыске преступника.

Итак, силлогизм в судебном исследовании играет весьма важную роль - он выступает первым звеном в цепи умозаключений, с помощью которых решается вопрос о причинной связи отдельных фактов с событием преступления. Силлогистическое умозаключение выполняет роль частного метода, одного из звеньев анализа доказательств по делу.

Важное значение для установления связи отдельных фактов с искомыми обстоятельствами дела наряду с силлогизмом имеют условные умозаключения.

В логике условным называется умозаключение все посылки которого выражены импликативными суждениями, составные части которых определенным образом связаны друг с другом.

Для лучшего уяснения логической природы вывода в условном умозаключении необходимо сказать об особенностях условной зависимости между явлениями и о самих условных суждениях, отражающих эту зависимость и выступающих посылками в умозаключении.

Условная зависимость - это один из видов объективных связей между явлениями. Основная особенность ее состоит в том, что при наличии такой зависимости между двумя явлениями (А и В) обнаружение одного из этих явлений (А) достаточно для признания существующим другого явления (В). Точно так же достоверное установление отсутствия второго явления (В) достаточно для признания несуществующим и первого (А). Первое из этих явлений (А) выступает реальным условием для второго (В), существование которого обусловлено первым.

Условная связь между реальными явлениями логически отражается в форме так называемых условных суждений, в которых знание о явлении - условии выступает основанием суждения, а знание о явлении обусловленном - следствием суждения. Формула условного суждения такова: “Если А есть В, то С есть Д”. В этом суждении “А есть В” - основание, а “С есть Д” - следствие. Так если из двух явлений М выступает причиной Д, то связь эту логически можно выразить в виде условного суждения: “Если М, то Д”, т. е. если достоверно установлено М, то этого достаточно, чтобы считать достоверно установленным и Д.

Если в умозаключении связываются два или более условных суждения, то такая форма вывода называется чисто условным умозаключением.

Если А есть В, то С есть Д,

Если С есть Д, то М есть К

Следовательно, если А есть В, то М есть К

В том случае, когда одна из посылок является условным суждением, а другая посылка - категорическое суждение, в котором утверждается или отрицается то, что говорится в основании или следствии условной посылки, имеет место условно-категорическое умозаключение:

Если А есть В, то С есть Д,

А есть В

Следовательно, С есть Д

Эти виды условных умозаключений как раз находят применение в судебном исследовании при уяснении связи отдельных фактов с событием преступления, поскольку в большинстве случаев эта связь является причинной связью.

Так, в форме условно-категорического умозаключения может быть выявлена связь между характером огнестрельного ранения и расстоянием, с которого был произведен выстрел. Исследованиями установлена реальная зависимость между таким фактом, как наличие внедрившихся вокруг огнестрельной раны несгоревших порошинок, и фактом близкого выстрела. В процессе анализа конкретного случая ранения это обобщение в форме условного суждения выполняет роль большей посылки умозаключения. Факт обнаружения в конкретном случае следов несгоревшего пороха вокруг раны на теле А. Выступает категорической меньшей посылкой. Из принятых посылок с необходимостью вытекает заключение о том, что выстрел в А. Был произведен с близкого расстояния.

Это достоверное заключение сделано по утверждающему модусу (modus ponens) условно-категорического умозаключения, когда совершается логический переход от утверждения основания к утверждению следствия.

Большая посылка: Если вокруг огнестрельной раны обнаруживают следы несгоревшего пороха (основание), выстрел был произведен с близкого расстояния (следствие).

Меньшая посылка: Вокруг огнестрельной раны на теле А. обнаружены следы несгоревшего пороха (основание).

Заключение: Следовательно, выстрел в А. Был произведен с близкого расстояния (следствие).

Если обратиться к следственной практике, то можно увидеть, что условные умозаключения выполняют важную роль при расследовании уголовных дел. Приведем пример:

По делу об ограблении квартиры было важно определить время совершения преступления. Опираясь на результаты осмотра места совершения преступления, следователь построил свое рассуждение в следующей форме: если в комнате после ограбления многие предметы лежат не на своих местах (вещи в беспорядке разбросаны, мебель сдвинута, на столе лежат снятые стенные часы с оторванной задней стенкой), значит преступник торопился, и, не зная местонахождения ценностей, везде искал их. Если часы также были сняты с целью обнаружения спрятанных в них ценностей, то это произошло в момент ограбления, и если стрелки на часах показывают 5 часов, значит к этому времени и следует отнести время ограбления. Данное умозаключение протекало по типу:

Если А, то В,

Если В, то С,

Если С, то Д.

Следовательно, если А, то Д.

Это означает следующее: если будет установлено, что, помимо преступника, некому было снять часы (а случайно стрелки не могли быть переведены, поскольку циферблат застеклен); значит ограбление действительно было совершено в 5 часов.

Как в случае чисто условного, так и в случае условно-категорического умозаключения следователь может получить как достоверное, так и вероятное заключение. В тех случаях, когда логический вывод делается от утверждения основания к утверждению следствия или от отрицания следствия к отрицанию основания - заключение будет достоверный при истинности посылок. Например, если будет достоверно установлено, что настенные часы в комнате сняты во время ограбления,

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Похожие рефераты: