Xreferat.com » Рефераты по литературе и русскому языку » Денис Иванович Фонвизин 1745-1792

Денис Иванович Фонвизин 1745-1792

Коровин В. Л.

1745-1762: Московский университет

Род Фонвизиных восходил к ливонским рыцарям: в XVI в., при Иоанне Грозном, рыцарь-меченосец фон Визин попал в плен и стал служить русскому царю. Отец драматурга Иван Андреевич «был человек добродетельный и истинный христианин, любил правду и так не терпел лжи, что всегда краснел, когда кто лгать при нем не устыжался. […] Ненавидел лихоимства и, быв в таких местах, где люди наживаются, никаких никогда подарков не принимал» (Чистосердечное признание в делах моих и помышлениях // Фонвизин Д.И. Избранное. М., 1983. Далее ссылки на это издание в тексте). Сыновей он с малолетства приучал читать церковные книги «у крестов». Обладая средним достатком и «не в состоянии будучи нанимать… учителей для иностранных языков», в 1755 г. отдал их в гимназию только что учрежденного Московского университета.

Учился Фонвизин успешно: ему доверяли выступать на торжественных актах с речами на русском и немецком языках, а в 1760 г. в числе лучших учеников его возили в Петербург для представления куратору университета И.И. Шувалову. Здесь Фонвизин «в первый раз отроду» побывал в театре и пришел в восхищение. По возвращении его «произвели в студенты».

В университете Фонвизин «паче всего… получил… вкус к словесным наукам» (с.251). Определенную роль в этом сыграл М.М.Херасков, собравший вокруг себя кружок начинающих литераторов и печатавший их сочинения в университетских журналах («Полезное увеселение», 1760-1762; и др.). Здесь публиковались мелкие переводы Фонвизина и стихотворения его старшего брата Павла.

Первая книга Фонвизина также вышла из университетской типографии. Это были «Басни нравоучительные» (1761) — перевод прозаических басен датского писателя Людвига Гольберга, выполненный с немецкого языка (из 251 басни Гольберга Фонвизин перевел 183; во втором изд. 1765 г. было добавлено еще 42). Вскоре был начат перевод пространного, в четырех томах авантюрно-дидактического романа аббата Жана Террасона «Геройская добродетель, или Жизнь Сифа, царя Египетского, из таинственных свидетельств древнего Египта взятая» (М., 1762–1768).

К 1762 г. относится первый опыт Фонвизина-драматурга — перевод трагедии Вольтера «Альзира», получивший широкое распространение в списках (опубл. 1894). Позднейшая его оценка этого труда такова: «Сей перевод есть ничто иное, как грех юности моея, но со всем тем встречаются и в нем хорошие стихи» (с.256).

В 1762 г. Фонвизин поступил переводчиком в коллегию иностранных дел и оставил университет. В 1762-1763 гг. по служебной надобности впервые выехал заграницу (в Гамбург и Шверин). В 1763 г. после коронационных торжеств в Москве вместе с двором он переехал в Петербург.

1769-1763. Кружок И.П. Елагина, «Послание к слугам моим…»

В Петербурге Фонвизин перешел под начало статс-секретаря дворцовой канцелярии И.П. Елагина и поселился в его доме. Елагин, помимо всего прочего, ведал делами «придворной музыки и театра» и был озабочен скудостью отечественного комедийного репертуара, в котором преобладали переводы. Сам не чуждый литературе, он побуждал близких к нему литераторов к созданию русских комедий, которые могли бы привлечь широкую публику. Фонвизин естественным образом вошел в так называемый «елагинский кружок». Здесь осваивались традиции мещанской «слезной драмы», или «серьезной комедии», в которой допускалось смешение «смешного» и «трогательного». Она уже завоевала популярность в Европе и получила теоретическое обоснование в сочинениях Д. Дидро. Одна из таких драм — «Евгения» Бомарше — с успехом шла на петербургской сцене, вызывая негодование А.П. Сумарокова.

Драматурги, входившие в «елагинский кружок» (В.И. Лукин, Б.Е. Ельчанинов, Фонвизин, сам Елагин и др.), пытались создать что-то аналогичное, но при этом главной их целью оставалась комедия в «наших нравах». Находясь в зависимости от европейских образцов, они, однако, уже не просто переводили, а перерабатывали («прелагали») иностранные пьесы, приближая их к российским реалиям: соответствующим образом менялись место действия и имена действующих лиц, вводились специфически русские бытовые детали и словечки и т.п. Лукин в предисловиях к своим комедиям изложил целую теорию «склонения на наши нравы» иностранных пьес: «Подражать и переделывать — великая разница. Подражать — значит брать или характер, или некоторую часть содержания, или нечто весьма малое и отделенное и так несколько заимствовать; а переделывать — значит нечто включить или исключить, а прочее, то есть главное, оставить и склонять на наши нравы…». Эта переделка необходима в целях воспитания публики, «потому что зрители от комедии в чужих нравах не получают никакого поправления. Они мыслят, что не их, а чужестранцев осмеивают» (предисловие к комедии «Награжденное постоянство»).

Идеи Лукина (впрочем, не оригинальные, а почерпнутые из сочинений Л. Гольберга) были восприняты Фонвизиным, хотя личные их отношения были самые неприязненные. Фонвизин в качестве секретаря жил доме Елагина, Лукин же, старинный знакомый Елагина, пользующийся его полным доверием, всячески притеснял молодого соперника: «Сей человек, имеющий, впрочем, разум, был беспримерного высокомерия и нравом тяжел пренесносно. физиономия ли моя или не весьма скромный мой отзыв о его пере причиною стали его ко мне ненависти. Могу сказать, что в доме честного и снисходительного начальника вел я жизнь самую неприятнейшую от действия ненависти его любимца» (с.256).

Первая, стихотворная комедия Фонвизина «Корион» (1764) — переделка драмы французского автора Жана-Батиста-Луи Грессе «Сидней». Содержание комедии — сентиментальная история влюбленных Кориона и Зеновии, разлученных по недоразумению, оканчивающаяся счастливым браком. У Фонвизина действие перенесено в подмосковную деревню, введены отсутствующие в оригинале диалоги (в частности, о тяготах крестьянской жизни, поборах и взятках). Однако «Корион», как и комедии Лукина и Ельчанинова, не решал задачу создания оригинальной комедии «в наших нравах». Отчасти решит ее только фонвизинский «Бригадир», явившейся высшим достижением «елагинского кружка», но только с появлением «Недоросля» станет возможно говорить о русской национальной комедии как о свершившемся факте.

В эти годы Фонвизин не остался в стороне и от обсуждения вопроса о правах разных сословий, особенно актуального во время работы Комиссии для составления Нового Уложения (1767-1768). Он составляет компиляцию из трудов немецкого юриста И.-Г. Юсти «Сокращение о вольности французского дворянства и о пользе третьего чина», переводит трактат французского автора Г.-Ф. Куайе «Торгующее дворянство, противоположное дворянству военному» (1766) с предисловием Юсти, где обосновывалось право дворянина заниматься промышленностью и торговлей. Идеи этих трактатов отразились в фонвизинской комедиографии: напр., Стародум в «Недоросле» разбогатеет именно как сибирский промышленник, а не как придворный.

Деятельность Фонвизина как переводчика художественной прозы увенчал перевод повести Поля Жереми Битобе на библейский сюжет «Иосиф» (1769): это сентиментальное, проникнутое лиризмом повествование, выполненное ритмической прозой. Позднее Фонвизин с гордостью писал, что эта повесть «послужила мне самому к извлечению слез у людей чувствительных. Ибо я знаю многих, кои, читая Иосифа, мною переведенного, проливали слезы» (с.250). Повесть действительно пользовалась спросом: в XVIII в. она переиздавалсь трижды.

Одно из немногих стихотворений Фонвизина — «Послание к слугам моим – Шумилову, Ваньке и Петрушке» — было опубликовано в качестве приложения к переведенной им повести Ф.-Т.-М. Арно «Сидней и Силли, или Благодеяние и благодарность» (1769). В списках оно разошлось раньше. Это скептическое сочинение, из-за которого автор «у многих прослыл безбожником» (с.257). Принято акцентировать «вольнодумность» этого стихотворения, навеянную общением автора с литератором Ф.А. Козловским, склонявшим его к «богохулиям» и «кощунствам». Однако такой подход едва ли правилен. Вопрос «на что сей создан свет?», оставленный без ответа, здесь, в сущности, не важен. «Философическая» тема лишь предлог для введения комических монологов трех слуг, в которых каждый из них со своей «профессиональной» точки зрения говорит о суете и неправде человеческой и о своей горькой доле. Есть в их речах элементы сатиры, в т.ч. антиклерикальной, которую можно усмотреть в монологе лакея Ваньки:

Попы стараются обманывать народ,

Слуги дворецкого, дворецкие господ,

Друг друга господа, а знатные бояря

Нередко обмануть хотят и государя;

[…]

За деньги самого всевышнего творца

Готовы обмануть и пастырь, и овца!

Однако философствование Ваньки, как и «ответы» других слуг, не лишенное авторского сочувствия, освещено авторской иронией. Ведь «сей свет» Ванька обозревает с запяток кареты:

Довольно на веку я свой живот помучил,

И ездить назади я истинно наскучил.

Извозчик, лошади, кареты, хомуты

И все, мне кажется, на свете суеты.

Комедия «Бригадир»

Подлинный успех Фонвизину принесла комедия «Бригадир», написанная в Москве (1768–1769, пост. 1772, опубл. 1786). В 1769 г. он уже читал комедию в Петергофе перед самой императрицей Екатериной II, затем перед Н.И. Паниным и его воспитанником цесаревичем Павлом Петровичем, в домах многих знатных особ, и повсюду комедию принимали благосклонно. Н.И. Панин, по воспоминаниям автора, при чтении сказал ему: «Я вижу…, что вы очень хорошо нравы наши знаете, ибо Бригадирша ваша всем родня; никто сказать не может, что такую же Акулину Тимофеевну не имеет или бабушку, или тетушку, или какую-нибудь свойственницу. […] Это в наших нравах первая комедия…» (с.260).

Действительно, «Бригадир» стал первой в русской литературе «комедией нравов». Сатирическая комедия Сумарокова, целящая во вполне определенных «персон», и «серьезная комедия» Лукина, при всех их различиях, были преимущественно комедиями характеров: на сцену выводились персонифицированные пороки («педантство», «скупость», «мотовство», «самохвальство» и т.п.). Персонажи «Бригадира» тоже, казалось бы, обладают определенными пороками: Советник — ханжа и лихоимец, Бригадир — грубиян и семейный деспот, Бригадирша — скупердяйка и «дура набитая», Советница — модница и кокетка, Иванушка — пустоголовый петиметр. Однако они не сводимы к своим порокам. Характеры этих отрицательных персонажей, их поведение и манера речи представлены как социально обусловленные, неотделимые от их положения в общественной иерархии. Именуются они соответственно: Советник, Бригадир, Сын (Иванушка). (Ср. с вполне традиционным именованием положительных героев, почти не участвующих в действии, — Добролюбов, Софья.) В результате и складывается картина общественной жизни, картина нравов.

Социальная определенность персонажей достигается с помощью «словесных масок»: «Солдатская речь Бригадира, подьяческая – Советника, петиметрская – Иванушки, в сущности, исчерпывают характеристику. За вычетом речевой характеристики не остается иных, индивидуальных человеческих черт» (Гуковский Г.А. Фонвизин // История русской литературы. М.; Л., 1947. Т.4. Ч.2. С.191). Не случайно лишенные социальной определенности Добролюбов и Софья почти не говорят, а лишь отпускают отдельные, стилистически нейтральные реплики. Вообще, «говорение» в комедии преобладает над «действием»: за разговорами пьют чай и играют в карты и шахматы, обсуждают, какие книги потребны молодому человеку, и т.д. Все действие заключается в комических любовных объяснениях и последующем разоблачении неверных супругов (ситуация точно описана репликой Софьи: «…кроме бригадирши, кажется мне, будто здесь влюблены все до единого» — I, 5), т.е. опять-таки в «разговорах». Герои постоянно «проговариваются» о себе не только в смысле, но и в форме своих высказываний. Объяснения в любви (Советника – Бригадирше, Бригадира – Советнице) не достигают свой цели именно потому, что говорят они, в сущности, на разных языках, т.е. возникает «диалог глухих»:

Советник. […] (с нежностию) Согрешим и покаемся.

Бригадирша. Как не согрешить, батюшка, един Бог без греха.

Советник. Так, моя матушка. И ты сама теперь исповедуешь, что ты причастна греху сему?

Бригадирша. Я исповедуюся, батюшка, всегда в великий пост на первой. Да скажи мне, пожалуй, что тебе до грехов моих нужды?

Советник. До грехов твоих мне такая же нужда, как и до спасения. Я хочу, чтоб твои грехи и мои были одни и те же и чтоб ничто не могло разрушити совокупления душ и телес наших.

Бригадирша. А что это, батюшка, совокупление? Я церковного-то языка столько же мало смышлю, как и французского. (II, 3 – Римской цифрой обозначено действие, арабской — явление. Так же и ниже в цитатах из «Недоросля»).

Бригадир. О, ежели б ты знала, какая теперь во мне тревога, когда смотрю я на твои бодрые очи.

Советница. Что это за тревога?

Бригадир. Тревога, которой я гораздо более опасаюсь, нежели идучи против целой неприятельской армии. Глаза твои мне страшнее всех пуль, ядер и картечей. Один первый их выстрел прострелил уже навылет мое сердце, и прежде, нежели они меня ухлопают, сдаюся я твоим военнопленным.

Советница. Я, сударь, дискурсу твоего вовсе не понимаю и для того, с позволения вашего, я вас оставляю. (III, 4)

«Разноязычие» отрицательных персонажей, объединенных только «глупостью», в самом начале становится специальным предметом обсуждения:

Сын. Ха-ха-ха-ха, теперь я стал виноват в том, что вы по-французски не знаете!

Бригадир. Эк он горло-то распустил. Да ты, смысля по-русски, для чего мелешь то, чего здесь не разумеют?

Советница. Полно, сударь. Разве ваш сын должен говорить с вами только тем языком, который вы знаете?

Бригадирша. Батюшка, Игнатий Андреевич, пусть Иванушка говорит как хочет. По мне все равно. Иное говорит он, кажется, по-русски, а я, как умереть, ни слова не разумею. Что и говорить, ученье свет, неученье тьма. (I, 1)

На первый план в комедии выдвинута фигура «галломанствующего» Иванушки. (Отмечалось влияние на замысел «Бригадира» комедии Гольберга «Жан-Француз», высмеивающей петиметров; эту комедию сам Елагин «склонил на наши нравы» под заглавием «Француз русской») Речь Иванушки и влюбленной в него Советницы пересыпана французскими фразами и варваризмами: менажировать, экзистировать, респектовать, контанировать, этаблировать, капабельна, мериты, риваль, аверсия и др. Побывав в Париже, он претендует на приобщенность к культуре, возвышающейся над домашним «скотством»: «…один сын в Париже вызывал отца своего на дуэль… а я, или я скот, чтоб не последовать тому, что хотя один раз случилося в Париже?» (II, 6). Домашнее (русское) у него связывается телесным, «скотским» началом («скоты», «животные» — самое частое в его устах ругательство в адрес родителей), а французское — с «духовным»: «Тело мое родилося в России, это правда; однако дух мой принадлежал короне французской» (III, 1). Но при этом он остается «скотом» и характерным образом проговаривается об этом: «Скажите мне, батюшка, не все ли животные, les animaux, одинаковы? […] Послушайте, ежели все животные одинаковы, то вить и я могу тут же включить себя? […] Очень хорошо; а когда щенок не обязан респектовать того пса, кто был его отец, то должен ли я вам хотя малейшим респектом?» (III, 1).

С образом Иванушки связана важнейшая для Фонвизина тема воспитания дворянина. Петиметрство, пренебрежение всем отечественным — результат воспитания Иванушки, забота о котором была опрометчиво вверена французскому кучеру (ср. Вральмана в «Недоросле»):

Сын. […] Молодой человек подобен воску. Ежели б mahleureusement я попался к русскому, который бы любил свою нацию, я, может быть, и не был бы таков.

Советница. Счастье твое и мое, душа моя, что ты попался к французскому кучеру. (V, 2)

«Глупые» персонажи в финале наказаны: Иванушка остался без невесты, Советник и Бригадир разоблачены в поползновениях завладеть женами друг друга. Ханжа Советник опозорен еще и собственной Советницей, которой в свою очередь теперь, очевидно, придется несладко. Бригадиру же и так довольно «сраму» («…я, честный человек, чуть было не сделался бездельником» — V, 4). Нравственный урок, мораль комедии вложена в уста Советника: «Говорят, что с совестью жить худо: а я сам теперь узнал, что жить без совести всего на свете хуже» (V, 5).

1769-1783: в окружении Н.И.Панина

В 1769 г., после успеха своего «Бригадира», Фонвизин стал одним из секретарей графа Никиты Ивановича Панина. Воспитатель цесаревича Павла Петровича и канцлер, он строил планы досрочной

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Похожие рефераты: