Xreferat.com » Рефераты по литературе и русскому языку » Ритмичность художественной речи и стихосложение

Ритмичность художественной речи и стихосложение

Петр Алексеевич Николаев

Во всяком движении есть повторяемость элементов. Это ритм. Он и породил ритм стихотворной речи: ритм трудовых, плясовых, маршевых движений - ритм песен, их сопровождающих. Это и есть собственно ритм поэтической речи. В трудовом процессе есть отрезки, звенья со слабыми или сильными моментами (молотьба, косьба), сама упорядоченность моментов (за слабым - сильный) называется ритмом.

Стих - это ритмически организованная экспрессивно-эмоциональная речь. Этот субъективно-оценочный момент очень важен в определении стиха. Французский теоретик искусства Гюйо ("Искусство с социологической точки зрения") говорит: "Говорить стихами - значит самой мерностью своей речи как бы высказывать: "Я слишком страдаю или слишком счастлив, чтобы выразить то, что чувствую, обыкновенным языком". Стало быть, стих не сводится только к ритму. В стихах обязательно присутствует субъективный тон, здесь иной облик рассказчика, нежели в прозе (так называемый лирический герой). Стих возникает в единстве ритмической организации и экспрессивности речи. Стихотворная речь ритмична, но не всякая ритмическая речь стихотворна. Сам ритм становится ощутимым именно в экспрессивной речи. Мы не замечаем, что "Мертвые души" Гоголя начинаются чисто "северянинскими" строками: "В ворота гостиницы губернского города".

И все-таки Маяковский был прав, когда говорил, что "ритм - это основная сила, основная энергия стиха" ("Как делать стихи"). Это вовсе не бергсоновская апология ритма. Бергсон видел в ритме самодовлеющую эстетическую задачу: ритм "баюкает и усыпляет" слушателя, и поэт. Таким образом, достигает своей цели, делает с читателем, что хочет. Ритм в стихе - это схематическое повторение сходных между собою элементов речи. Нет и не может быть точного (математически точного) определения отличия стиха от прозы. Почему поэма Горького "Человек" ("Вот он устал, шатается и стонет") - проза, а блоковское стихотворение, где нет подобного ритма, есть истинное стихотворение:

"Она пришла с мороза

Раскрасневшаяся,

Наполнила комнату

Ароматом воздуха и духов,

Звонким голосом

И совсем неуважительной к занятиям

Болтовней".

Границы между стихом и прозой очень неопределенны, переход из одной системы в другую неизбежен. Классики избегали этих переходов, они не хотели "неясностей". Это шло от Аристотеля и Цицерона. Очень долго господствовала иерархия жанров, ничем не нарушаемых. Романтики стали тяготеть к пограничным формам, позднее появились "стихотворения в прозе". Термины "стих" и "проза", в сущности, названия относительных признаков. Нужно говорить о более или менее прозаических, более или менее стихотворных явлениях. Надо учитывать: по отношению к чему и в каком отношении текст является более или менее стихотворными. "Сказка о попе..." Пушкина по метрической организации строки менее стихотворна, более прозаична, чем "Сказка о золотом петушке" или "Сказка о рыбаке и рыбке". С точки зрения употребления рифмы (как средства четкой организации речи и интонации) "Сказка о попе" в большей степени стихотворение, чем "Сказка о рыбаке и рыбке", где нет рифм. "Сказка о попе и его работнике Балде":

"Жил-был поп

Толоконный лоб.

Пошел поп по базару

Посмотреть кой-какого товару".

По метрике (то есть по размеру: числу ударных и безударных стоп) это менее стихотворный текст, чем "Сказка о рыбаке":

"Жил старик со своею старухой

У самого синего моря;

Они жили в ветхой землянке

Ровно тридцать лет и три года".

Легко заметить, что с точки зрения рифмы первая сказка более стихотворна. Чтобы изучить отличия стиха от прозы, надо рассматривать прежде всего не пограничные явления (тут запутаешься), а ярко выраженные формы. Вот почему в учебных пособиях (да и не только в них) по теории литературы берутся стихи классического, "нормативного" образца, то есть анализируются типические стихи, а не частные стихотворные проблемы.

К тому же в теории стихотворной речи разграничивается использование формы стиха доля практических целей и существование стиха именно как стиха. Долгое время в истории поэзии такого разграничения не было. Объявления, торговая реклама, педагогические цели - чтобы больше заинтересовать учащихся. Это было распространено до XIX века. В форме стихов излагались, например, арифметические задачи: учебник А.Вишневского (1806г.). Активно осуществлялась пропаганда науки и техники: руководство по металлургии во французской учебной литературе излагалось стихами. Постепенно совершался переход от практических целей к эстетическим. Границы оказались неясными. Некоторые стихотворные изложения философских, научных взглядов вошли в историю поэзии ("О природе вещей" Лукреция, "Георгики" Вергилия, "Поэтической искусство" Буало, "Храм природы" Эразма Дарвина, "Письмо о пользе стекла" Ломоносова; в наше время этот опыт использовался в детской литературе: например, "Как делается лампочка" И.Сельвинского. Теоретики литературы под стихами понимают лишь использование этой речевой формы лишь в художественных целях.

Итак, основное слагаемое стихотворной речи - это стих как ряд слов, отделенных от других рядов ритмической паузой, подчеркнутой ритмическим ударением на последнем слове ряда ("константой", то есть устойчивый; постоянная величина в ряду изменяющихся).

Что же такое этот стих, эта строка? Ее особенность определяет национальные стихотворные системы. Они различны и претерпевают многие исторические изменения. Нельзя просто заимствовать одним языком систему другого языка. Стихотворная система русского языка определяется: 1) числом слогов в строке, 2) числом ударений в строке, 3) местами (способами расположения) этих ударений. Исходя из этих трех условий, удобнее всего рассмотреть все существовавшие и существующие в русском языке системы. Ударение в конце стиха не логическое и не эмоциональное, а ритмическое, хотя они могут и совпадать. Обычно этот стих графически образует одну строчку:

"Товарищ, верь. Взойдет она,

Звезда пленительного счастья

И на обломках самовластья

Напишут наши имена".

Здесь ритмическое ударение в конце стиха. Это обстоятельство говорит о том, что стих не существует в виде изолированной строки: ощущение его возникает лишь из ритмической инерции, то есть при повторении двух или трех строк. "Бывало, он еще в постеле" - это еще не стихи, эту строку мы называем стихами, потому что со школьной скамьи помним следующие строки. Но если прочитать одну строку ранее не известного стихотворения, то стих (за редким исключением) не будет "узнан". Слова Ленина "Коммунизм - это есть Советская власть плюс электрификация" - конечно же, не стихи, но рядом с другими (вернее, аналогично) ритмизованными строками становятся неожиданно стихами. С.Кирсанов: "Будем бетонные толщи класть, выгнать из изб лучинное тленье. Коммунизм - это есть Советская власть плюс электрификация. Ленин".

Из всего сказанного вытекает, что в русском языке существовало три основных системы стихосложения. Первая - это народное музыкально-тоническое стихосложение (или просто тоническое), от греческого "tonos" "напряжение, ударение", или акцентное стихосложение - от латинского 'accentus" "ударение". Эта система произошла от народного стихосложения. Оно зародилось в период синкретизма. Это определило напевно-музыкальный характер исполнения народных стихов. Повторение напева сделало ненужной рифму - граница стиха ощущается завершением мелодии и повторением ее в следующей строке. Число слогов в такой строке различно, места ударения различны, а число ударений постоянно. Вот строки былины "Илья Муромец и Калин царь":

"Как Владимир князь да стольне - киевской

Поразгневался на старого казака Илью Муромца,

Засадил его во погреб во глубокий,

Во глубокий погреб во холодный".

Это - трех и четырехударный стих - как обычно в былинах (первый стих - одиннадцать слогов, второй - семнадцать, третий - двенадцать). Ударения расположены бессистемно. В тонических стихах ритмичность создается не соразмерностью рядов слов, ударных и безударных слогов, а мелодией, ее соразмерностью (отдельные звуки мелодия удлиняет или укорачивает); поющий произносит одни безударные слоги быстро, другие - медленно. Профессиональные поэты, подражая народной поэзии (точнее, отталкиваясь от нее) тоже писали тоническим стихом: Пушкин - "Сказка о рыбаке и рыбке", Лермонтов - "Песня про купца Калашникова". О последней - чуть подробнее:

"Не сияет на небе солнце красное,

Не любуются им тучки синие,

То за трапезой сидит во златом венце,

Сидит грозный царь Иван Васильевич".

Это - четырех и трехударный напевный тонический стих. В XIX веке тоническим стихом не пользовались. В 20-м его возродил Маяковский. У него он стал основным способом стихосложения. Только стихи стали не напевными, а декламационными:

"С каким наслажденьем жандармской кастой

Я был бы исхлестан и распят

За то, что в руках у меня молоткастый

Серпастый советский паспорт".

Первая строка - одиннадцать слогов, вторая - девять, третья - двенадцать, четвертая - восемь. Это в основном трехударный и четырехударный декламационно-тонический стих.

Силлабическая система. В XVII - первой половине XVIII века в русской поэзии сложилась силлабическая система (от латинского sillabe - "слог"). Эта система умерла. Ее особенность: в каждом стихе - одинаковое число слогов без определенного числа ударений и места расположения ударений, цезура (от латинского caesura - "разрез"), словораздел, добавочное ритмическое ударение и пауза, разделяющаая стих в середине, женская рифма, то есть, ударение на предпоследнем слоге. Были различные типы силлабики, наиболее распространенный - тринадцатисложник (Симеон Полоцкий, Феофан Прокопович, Кантемир). Этот стих проник из Польши, его звали "польский кафтан". Это стих разговорного типа, для своего времени он звучал выразительно и хорошо осуществлял содержательные и эстетические задачи поэтов. Вот знаменитая сатира Кантемира "К уму своему. На хулящих учение".

"Уме недозрелый, плод недолгой науки!

Покойся, не понуждай к перу мои руки;

Не писав летящи дни века проводити

Можно и славу достать, хоть творцом не слыти".

Всюду - тринадцать слогов, ударений - четыре и пять, они расположены в полном беспорядке. Силлабические стихи возникли во французском и итальянском языках. Там все гласные звуки произносятся очень полнозвучно и между ударными и безударными слогами нет большой разницы в произношении. Поэтому там силлабические стихи звучат стройно. А в русском языке ударные и безударные слоги звучат совершенно по-разному. Поэтому даже с цезурой силлабический стих, не имеющий порядка в ударениях, для русской поэзии был тяжел, читался с трудом. Это осознавали и Кантемир, и Тредьяковский, а особенно Ломоносов ("Письмо о правилах российского стихотворства"). Тредьяковский уже делал попытку упорядочить ударение на нечетных слогах:

"Все животны рыщут...

Виноваты люди...

И чтоб не пропасти..."

Ломоносов предложил делать равномерное ударение и на четных слогах. Тредьяковский согласился с Ломоносовым. Они назвали систему тонической, но не отменили равносложность (силлабику).

Так возникла силлабо-тоническая система. Этот термин впервые появился в 1837 году в статье "Версификация" в девятом томе "Энциклопедического лексикона". Но сама система возникла, стало быть, при Ломоносове, как показывает название системы, речь идет о таких стихах, где определенное количество ударений, ставящихся на определенном месте, с определенным количеством слогов. Это слогоударное стихосложение. Оно исходит из принципа повторяемости в строке и из строки в строку одинаково построенных групп. Это стопы. Стопа - группа в два или три слога, имеющая одно ударение, это - сочетание ударных и безударных слогов.

"Уж поздно. В санки он садится.

Поди! Поди! Раздался крик.

Морозной пылью серебрится

Его бобровый воротник".

Это восьмисложные и девятисложные стихи, имеющие четыре стопы (в стопе ударение на четном слоге). Основных размеров такого стиха - пять. Два - двухсложные стопы, три - трехсложные. Хорей - двухсложная стопа с ударением на первом слоге (нечетном).

"Буря мглою небо кроет,

Вихри снежные крутя.

То, как зверь, она завоет,

То заплачет, как дитя".

Это четырехстопный восьми и семисложный хорей. Этот размер называли танцевальным, но бывали и восьмистопные хореи. В "Борисе Годунове" - сцена у монастырской ограды:

"Что за горе, что за скука наше бедное житье.

День приходит, день проходит, видно, слышно все одно".

Это хорей с цезурой, но хореическая строка требует одного "дыхания", одного интонационного рисунка. Одни режиссер разделил строки пополам, получился нелепый (в связи с содержанием) танцевальный мотив. Новый размер повлек новую интерпретацию сцены. Сцена стала происходить в кабаке, и слова стал исполнять хор пьяниц с приплясываниями и присвистываниями. Теоретики и историки литературы давно осудили эту вольность ритмического "перевода".

Другим двухстопным размером является ямб (от греческого "фрикийский музыкальный пир"). Ямб - двухсложная стопа с ударением на втором слоге. А.Полежаев:

"Мой дядя - человек сердитый.

И тьму я брани претерплю.

Но если говорить открыто,

Его немножко я люблю".

Это четырехстопный девяти и восьмисложный ямб. Им написан весь "Евгений Онегин" Пушкина, ритмическому размеру которого и подражал Полежаев. Говоря о ямбе и хорее, можно заметить, что в них очень много как бы отступлений от нормы. В одних стопах ударение звучит на том слоге, на котором как бы не полагается звучать в ямбе или в хорее. Поэтому возникает необходимость вносить в определение этих стоп некоторые эпитеты. Их два - облегченная или утяжеленная.

Возможность такого обозначения мотивируется самой структурой русского языка. В лингвистике есть понятия проклитики и энклитики. Проклитика - греческое "наклоняю вперед", энклитика - "склоняюсь".

"Выхожу один я на дорогу.

Сквозь туман кремнистый путь блестит.

Ночь тиха. Пустыня внемлет богу,

И звезда с звездою говорит".

Это хорей, но некоторые стопы неправильные, например, первая стопа первого стиха. Там отсутствует ударение на первом слоге, хотя по правилам оно должно быть, должно стоять, а не стоит, и стих звучит, как трехстопный. Третий стих объясняет одну из причин этой модернизации стиха. Слово "ночь" потеряло ударение потому, что оно как бы перешло в слово "тиха", еще более усилив ударение в его втором слоге. Этот переход ударения с предыдущего на последующее и есть проклитика, то есть лингвистически проклитика - это безударное слово, стоящее впереди ударного и к нему примыкающее: "Подо мной" - "подо" и есть проклитика. Энклитика - слово, утратившее собственное ударение и стоящее позади ударяемого слова, к которому оно примыкает: "Мой-то", "тот-то". "То" - энклитика. В ямбе и хорее, собственно говоря, двухсложность почти никогда не соблюдается: двухсложной стопы, то есть строгого чередования одного ударного и одного безударного слога почти не существует (в отличие от трехсложных размеров). Поэтому и выдвигается такая концепция: метр - некая заранее заданная схема распределения ударения (на каждом четном слоге для ямба, на каждом нечетном - для хорея) и ритм - реальное распределение ударения в стихе, отступающее от схемы метра, допускающее так называемый пиррихий - облегченная стопа. Ставится вопрос: если отступление от нормы больше, чем сама норма, то почему не подвергнуть сомнению саму норму. Кроме пиррихия возникает другой термин, помогающий точно определить двусложный размер: спондей (утяжеление). В ямбическом начале "Евгения Онегина" ("Мой дядя самых честных правил") первая стопа и есть спондей.

Хореи и ямбы имеют самые разные размеры в количественном отношении. Редко, но возникает двухстопный хорей. Вот перевод из Гюго:

"Пусть чернильный

Держит щит

Писарь пыльный

Кармелит".

Бывает - уже почаще - трехстопный хорей. Пушкин:

"Брови царь нахмуря,

Говорил: "Вчера

Повалила буря

Памятник Петра".

Есть пятистопный хорей. У классиков он встречался редко, в середине XX века стал популярен. А.Сурков:

"Дождь прошел, и сразу стало ближе

Все, чем я волнуюсь и живу,

Вот глаза закрою и увижу

Отходящую ко сну Москву".

Шестистопный и семистопный хорей встречается уж совсем редко. В этом отношении схож с хореем и ямб. Редкий, но имевший большой эстетический успех двустопный ямб. Пушкин:

"Ночной зефир

Струит эфир.

Шумит, бежит

Гвадалквивир".

Трехстопный ямб встречается, как и хорей, почаще. А.Фет:

"Печальная береза

У моего окна,

И прихотью мороза

Разубрана она".

Трехстопный ямб блестяще использовал Н.Некрасов, создав этим размером поэму "Кому на Руси жить хорошо" с большим разнообразием окончаний стихотворных строк. В XIX веке был и пятистопный ямб. Пушкин:

"Четырехстопный ямб мне надоел,

Им пишет всякий. Мальчикам забаву

Пора б его оставить..."

               ("Домик в Коломне")

Шестистопный ямб был популярен только в XVIII веке, позднее его называли "шестипудовым", так он тяжел. Семистопный ямб почти не найти.

В силлабо-тонической системе трехсложные размеры или трехсложные стопы могут быть не так популярны, как  хорей и  ямб, но все же широко распространены. Первенство здесь держит  дактиль, где начальный слог является ударным, а вторые

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Похожие рефераты: