Xreferat.com » Рефераты по праву » Принцип разделение властей в конституции США

Принцип разделение властей в конституции США

МИНИСТЕРСТВО ОБЩЕГО И ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РФ

УРАЛЬСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЮРИДИЧЕКАЯ АКАДЕМИЯ

ИНСТИТУТ ПРАВА И ПЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

ПРИНЦИП РАЗДЕЛЕНИЯ ВЛАСТЕЙ В КОНСТИТУЦИИ США 1787 Г.

(КУРСОВАЯ РАБОТА)

ИСПОЛНИТЕЛЬ:

СТУДЕНТ ГР.122 КАЗАНЦЕВ В. М.

РУКОВОДИТЕЛЬ:

КАНД. ИСТ. НАУК ШЕВЧЕНКО Н. И.

ЕКАТЕРИНБУРГ

1999
ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДННИЕ............ 3

КОНСТИТУЦИЯ И ЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ............ 5

ПРИНЦИП РАЗДЕНЛННИЯ ВЛАСТЕЙ: ИСТОРИЯ РАЗРАБОТКИ КОНСТИТУЦИИ............ 8

ПРИНЦИП РАЗДЕЛЕНИЯ ВЛАСТЕЙ: ОСНОВНЫЕ МОМЕНТЫ................... 17

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 22

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ............... 23

ВВЕДННИЕ

Принцип разделения властей опирается на идеи, восходящие еще к древнегреческому мыслителю Аристотелю. Основную разработку они получили в 18 веке у французского философа Ш. Монтескье. Согласно его взглядам, свобода, то есть право делать все, что не запрещено законами, может быть обеспечена только в таком государстве, где власть разделена на три ветви: законодательную, исполнительную и судебную. В условиях демократического режима каждая из властей обладает определенной самостоятельностью и уравновешивается другими властями. Компетенция каждого органа определяется так, чтобы исключить его господство над другими органами. Это одна из важнейших гарантий против произвола.

В «социалистических» странах принцип разделения властей отвергался в пользу принципа «единства власти», выражающегося в «полновластии» представительных органов (в нашей стране такая власть получила название советской власти, власти представительных органов – советов) на которые переходило осуществление народного суверенитета. И исполнительная, и судебная власти подотчетны советам, и они могут даже брать на себя функции этих властей. В действительности такая модель служит прикрытием всевластия аппарата компартии, который реально руководит и законодательной, и исполнительной, и судебной властью, а не редко осуществляет государственно-властную деятельность.

Пример достаточно жесткого разделения властей дала конституция США. Согласно ее ст. 1 полномочия законодательной власти принадлежат парламенту – Конгрессу США, согласно ст. 2 полномочия исполнительной власти принадлежат Президенту США, а согласно ст. 3 полномочия судебной власти принадлежат Верховному Суду США и нижестоящим судам, учреждаемым Конгрессом. Впоследствии принцип разделения властей стал именоваться системой «сдержек и противовесов». Впоследствии эта модель разделения властей была воспринята рядом других государств, особенно латиноамериканских.

КОНСТИТУЦИЯ И ЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ

Конституция США – одна из самых старых и стабильных. В США реальная политическая власть разделена на три ветви власти. В других же парламентских демократиях она сосредоточена в руках единого верховного законодательного органа. В США, кроме того, полномочия политической власти разделены между национальным правительством и правительством штатов, тогда как в большинстве европейских стран власть концентрируется в центре – в руках национального правительства.

Конституция США, одна из самых старейших ныне действующих буржуазных конституций и одна из самых наиболее «жестких»: за 200 лет в нее было внесено всего26 поправок, 10 из них были внесены в 1791 году, так называемый Билль о правах. В противоположность юридической конституции существует, по мнению американских теоретиков, «живая конституция». Другими словами, Конституция 1787 года действует в настоящее время с многочисленными дополнениями в виде судебных прецедентов, законов Конгресса, актов президентов.

Под крышей Конституции 1787 года развивались и совершенствовались и само законодательство, и законодательная техника, и вся система правозащитных механизмов, что позволило американцам преуспеть во многих отношениях, а главное, обеспечить стабильность и правопреемственность в своем экономическом и социальном развитии. В силу гибкости конституционного механизма обеспечения законности серьезных попыток скомпрометировать существовавшие правовые механизмы не предпринималось в течение двух веков. Конституция до сего времени является юридически активной; 27 поправка к ней была принята лишь в 1992 году.

Однако когда речь идет о влиянии Конституции, то следует помнить что в ее словах и фразах нет ничего магического. Могущественна не сама конституция, а конституционная система. Эта система складывается, во-первых, из отношения общества к Конституции, а во-вторых, из образцов поведения и институтов, взращенных вокруг конституции.

Опыт других стран подтверждает основательность этой точки зрения. Десятки стран писали свои конституции, но некоторые из них оказывались либо декларативными, либо неэффективными, либо ущербными для прав граждан.

Что бы не было в других странах, в США конституционное правление является могущественной силой, с которой необходимо считаться. Американская Конституция является живым законом, поскольку она реально проведена в жизнь, в том числе и при помощи «судебного контроля». Суды – эффективные проводники конституционной системы. Они могущественны, и важна их роль в конституционном контроле. Когда люди говорят о конституции как о живом законе, они обычно имеют ввиду те концепции и трактовки, которые были изобретены, развиты и распространены судами.

Но необходимо обратиться и к теории. Конституция безусловно имеет верховенство над всеми источниками права. Она обладает высшим авторитетом. Ни один человек, ни одна ветвь власти – ни президент, ни Конгресс, ни полицейский на перекрестке – не имеют права игнорировать Конституцию; ее формулировки и правила являются законом для всех, а суды выступают в качестве проводников Конституции; они обладают правом подвергать проверке конституционные действия с целью объявить их недействительными и не имеющими силы. Из почтительного отношения к Конституции складывается и законопослушание и доверие к власти, которая основывает свои действия прежде всего на конституционных законах; именно их совокупность и эффективное действие придает политической системе и правительству устойчивость и легитимность.

ПРИНЦИП РАЗДЕНЛННИЯ ВЛАСТЕЙ: ИСТОРИЯ РАЗРАБОТКИ КОНСТИТУЦИИ

События, происшедшие в Америке после 1776 года, так же как и история правительства Британии, заставили «отцов основателей» усомниться, способно ли народное согласие само по себе быть достаточным гарантом свободы. Народное правительство может оказаться слишком слабым, чтобы предотвратить внутренние беспорядки (как это было в Массачусетсе[1]). Народное большинство может, с другой стороны, обладать склонностью к тирании. Фактически тирания большинства, по утверждению Д. Мэдисона, грозит даже более серьезными неприятностями, чем власть меньшинства. Сталкиваясь с волей большинства, личность не может рассчитывать на помощь общественного мнения или на возможность народного бунта. Следовательно, возникает довольно сложная проблема: как создать правительство, достаточно сильное для того, чтобы управлять государством, но не слишком сильное, чтобы не подавлять свободу граждан. Делегаты совещания в Филадельфии (май 1787 года) считали, что «демократия» в том виде, как ее понимали раньше – то есть власть толпы, обнаруживается, например, в ходе восстания Б. Шейса, – не могла привести к решению проблемы. С другой стороны, аристократия – власть меньшинства – тоже не была выходом из положения, поскольку меньшинство так же можно испортить властью, как и большинство. Д. Мэдисон считал, что свободу нельзя защитить только разработкой конституции, которая ограничивала бы полномочия правительства.

Сразу после того, как конституционное совещание было созвано и Джордж Вашингтон был избран его председателем, делегация Вирджинии представила всеобъемлющий план, в значительной степени разработанный Мэдисоном, с целью учреждения абсолютно нового национального правительства. Этот план в короткое время стал основным предметом обсуждения на совещании.

Соглашаясь рассмотреть «план Вирджиния», участники совещания изменили его основную задачу. Они отказались от пересмотра статей Конфедеративного договора в пользу создания истинно национального правительства. «План Вирджинии» призывал к созданию прочного национального государства, организованного по принципу существования трех независимых ветвей власти – законодательной, исполнительной и судебной. Они должны основываться на двух ключевых принципах: общенациональная законодательная власть может принимать решения по всем вопросам, по которым не полномочны действовать отдельные штаты, например, налагать вето на любой или все законы штатов; по крайней мере одна из законодательных палат должна избираться прямым общенародным голосованием.   

Во время дебатов представители штата Нью-Джерси и других малых штатов начали проявлять беспокойство о том, что на совещании будет принята Конституция, согласно которой штаты окажутся представленными в обеих палатах Конгресса на основе численности населения. Малые штаты опасались, что более крупные штаты всегда будут иметь перевес голосов. Вильямом Патерсоном был предложен альтернативный  «план Нью-Джерси», который предлагал не замену, а пересмотр Конфедеративного договора, создание более сильного централизованного правительства, но с сохранением представительства в нем штатов, как было условлено ранее в Конфедеративном договоре – один голос от одного штата. «План Нью-Джерси» предполагал создание однокабинетного или однопалатного Конгресса, в котором каждый штат обладал бы равным количеством голосов.

В одной из своих самых известных статей в защиту Конституции Джеймс Мэдисон так объяснял деликатность проблемы разделения властей:

«При создании правительства, которое должно управлять одними людьми посредством других людей, основная трудность состоит в том, что вы должны, во-первых, дать возможность правительству контролировать управляемых, а во-вторых, вменить ему в обязанность осуществлять самоконтроль»[2]. Мэдисон большую часть 1786 г. посвятил изучению литературы, присланной ему Томасом Джефферсоном, а затем отправился в Париж в надежде найти существующий образец, на который можно было бы опираться при создании американской республики. Он пришел к выводу, что такого образца не существует. История показала, что конфедерации были слишком слабы, чтобы управлять государством, и находились под постоянной угрозой уничтожения из-за внутренних разногласий, а более сильные формы управления были слишком могущественны и имели возможность подавлять свободу граждан. В самой Америке правительства штатов Пенсильвании и Массачусетс служили живым примером чрезмерно слабого и чрезмерно сильного правительств.

Конституцией Пенсильвании, принятой в 1776 г., устанавливалась наиболее демократическая форма нового государственного режима. Вся полнота власти отдавалась однопалатному законодательному собранию, члены которого избирались сроком на один год. Ни один из членов законодательного собрания не мог работать в нем более четырех лет. Реальной исполнительной власти не предусматривалось.

Напротив, Конституция штата Массачусетс 1780 г. была гораздо более демократической. В ней устанавливалось четкое разделение полномочий между ветвями власти; избираемый прямым голосованием губернатор мог наложить вето на решение законодательной власти, а должность судьи была пожизненной. Но если правительство Пенсильвании оказалось слишком сильным, но склонным потакать безответственным радикалам, то правительство штата Массачусетс было слишком слабым, несмотря на его «консервативный» характер.

До того, как было достигнуто соглашение между штатами, главной проблемой была не демократия, а свобода, а точнее – правильное ее дозирование. У противников нового правительства, которых стали называть антифедералистами, было множество возражений разного рода, но всех их объединяла вера в то, что свободу можно сохранить только в маленьких республиках, где управляющие пространственно близки к управляемым. Сильное национальное правительство, считали антифедералисты, будет далеко от народа и сможет использовать свою власть для того, чтобы уничтожить или поглотить те функции, которые должны принадлежать штатам.

Напротив, Мэдисон утверждал, что свобода в большей степени сохраняется в крупных республиках, в которых сосуществуют различные точки зрения и интересы, а не в единообразных малых сообществах. Люди с различными взглядами легче приходят к согласию в обществе, где распространены разнообразные взгляды в форме плюрализма мнений и убеждений.

Предпочитая большую республику, Мэдисон вовсе не пытался подавить демократию. Более того, он стремился показать, как реально работает демократическое правительство и как можно улучшить его работу. Для того, чтобы управлять, различные интересы должны объединяться и создавать коалицию, то есть союз. Коалиции, сформировавшиеся в крупной республике, более разнообразны и следовательно, более склонны к соглашению, чем те, которые возникают в небольших республиках. Эдисон пришел к заключению, что в странах такого размера, как Соединенные Штаты, с их огромным разнообразием интересов, «согласие большинства вряд ли может быть достигнуто на других принципах, чем принцип справедливости и общего блага»[3].

Из своих рассуждений Мэдисон сделал достаточно смелые выводы. Он предположил, что национальное правительство должно находиться на известной дистанции от народа и быть изолированным от его минутных настроений, поскольку люди не всегда хотят поступать должным образом. В равной, если не в большей степени, свободе угрожают страсти толпы и фракционность, основывающаяся на популизме, а не только излишняя централизация власти. Следовательно, правительство должно быть устроено таким образом, чтобы иметь возможность защитить и политиков и народ от того, что их станут использовать в недостаточно обдуманных или в неблаговидных целях.

История учит нас тому, полагал Мэдисон и его коллеги, что людям свойственно стремиться к власти, поскольку по природе своей они честолюбивы, жадны и их легко подкупить. Мэдисон писал: «Что такое правительство, как не концентрированное отражение человеческой природы? Если люди были бы ангелами, то никакого правительства не понадобилось бы. И если бы людьми управляли ангелы, то не понадобилось бы ни внешнего, ни внутреннего контроля над таким правительством»[4].

Д. Мэдисон,  Т. Джефферсон, Д. Вашингтон много потрудились над практическим  претворением теории разделения властей. Все они пришли к выводу, что из этой конструкции должны следовать: срочность полномочий должностных лиц; несовместимость депутатского мандата  с занятием ответственной должности в аппарате управления; право вето на законопроекты; право роспуска парламента; контроль над законодательной властью, осуществляемый народом в ходе выборов; ответственность высших должностных лиц всех ветвей власти перед верховным представительным органом; независимость судейского корпуса.

На практике «действительно независимые законодательные органы требуют не только доктрины судебного разбирательства, но и тщательной защиты независимости законодательства, как по форме, так и по существу. Детали назначения, срок пребывания в должности, зарплата, статус, обучение и снятие с постов государственных должностных лиц должны быть определены таким образом, чтобы защитить и укрепить эту независимость»[5].

Творцы конституции явно опасались тирании со стороны большинства, которое передало бы бразды правления в руки правящего меньшинства, как это часто случалось в европейских странах. Поэтому и самой главной и весомой причиной обращения к разделению властей была возможность предотвращения с ее помощью узурпации власти одной из ветвей и установления диктаторского режима. Барбер Конэйбл, представитель от Нью-Йорка, по этому поводу заявил: «Отцы-основатели не хотели эффективных, авантюристических правительств, боясь, что они могли бы покушаться на личные свободы. Думаю, что они были правы, и в качестве этому я указываю на нашу свободу, стабильность и процветание»[6].

Сами создатели и разработчики конституции, несмотря на различия в политических взглядах, симпатиях и пристрастиях, были последователями, а порой и знатоками концепций общественного договора и разделения властей. Им особенно были близки идеи Дж. Локка и Ш. Монтескье. На их правовые взгляды и позиции значительное влияние оказали также государственно-правовые установления Великобритании, ее правовая доктрина и практика. (Вспомним, что даже Монтескье в качестве образца реального разделения властей называл Великобританию.) Теория Ж.-Ж. Руссо об Общественном договоре, так же как и теория Дж. Локка о сущности представительного правления нашли свое отражение в тексте Конституции, в преамбуле к которой утверждается принцип, что законность правления зиждется на согласии управляемых.

Превращение теории Общественного договора в реальность потребовало создания представительных институтов и такой политической системы, при которой эти институты действительно отражают интересы и мнения народа.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Похожие рефераты: