Xreferat.com » Рефераты по религии и мифологии » Надежда и Спасение в Священном писании Нового завета

Надежда и Спасение в Священном писании Нового завета

священник Петр Трохин

С пришествием Богочеловека Иисуса Христа в мир исполнились чаяния и надежды человечества на спасение, и чаемое стало живым словом апостольского благовестия: Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины, и мы видели славу Его, славу, как Единородного oт Отца (Ин. 1, 14).

Принявшие Его, приняли Его благодать, окормляемые твердой надеждой на наследие Царства Небесного, обещанного Спасителем: Тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими , которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились (Ин. 1, 12–13).

Царство Небесное, близость которого провозгласил Спаситель, есть зримое торжество Бога над всяким злом, грехом, хаосом и самой смертью через искупительную смерть и Воскресение Сына Человеческого.

Новый Завет открывает человеку возможность обрести общение с Богом благодаря воплощению и вочеловечению Самого Бога. Власть побеждать злых духов (Мф. 8, 28–34), повелевать морям (Мф. 8, 23–27), прощать грехи и исцелять (Мф. 9, 1–8), воскрешать умерших (Мф. 9, 18–26; Лк. 7, 11–17) и даровать спасение (Мк. 7, 24–30; Лк. 10, 25–37) — такая власть Господа Иисуса Христа обусловлена тем, что Он Богочеловек. Бог Отец положил Сыну принять Крестную смерть ради всего человечества, дабы Его последующим Воскресением победить зло и смерть, открыв всем людям путь к Жизни Вечной (Ин. 1, 29; Мк. 8, 31–33; 9, 29–31; 10, 32–34, 42–45; 14, 34–36). Принятие Крестной смерти за грехи человечества было средоточием Божиего замысла о спасении (Мф. 21, 43; Втор. 10, 14–15; 4, 37; 7, 6-7; Пс. 59, 7; 107, 7; 126, 2; 2 Пар. 2, 11 и др.). Идея Креста, то есть таинства Христовой смерти, раз и навсегда явила Божия власть спасать людей от внутренней порабощенности греху: Когда мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих (1 Кор. 1, 21). Спасение совершается через веру в благодать, которую Христос преподал нам Своим Крестом (Деян. 15, 11). Христианин, надеющийся на последнее откровение славы детей Божиих (Рим. 8, 18-39), уповает на то, что он будет избавлен от зла и сохранен для Царствия Небесного (2 Тим. 4, 18), ибо, будучи оправдан смертью Христа, он будет спасен жизнью во Христе у Небесного Отца (Рим. 5, 9–10; Кол. 3, 1–4). Всякий стремящийся к Нему будет принят Им с радостью: Бог наш Спаситель... хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины. Ибо Един Бог, Един и Посредник между Богом и человеками . Человек Христос Иисус, предавший Себя для искупления всех (1 Тим. 2, 4–6; Тит. 3, 3–7).

Итак, смысл надежды в Новом Завете есть обретение Вечной Жизни, Царствия Божия, спасение души. Надежда, как нравственная добродетель, может быть направлена и на иные цели, в частности при исполнении земных дел.

В своем единстве надежда на спасение имеет три момента: ожидание будущего, доверие к нему и терпеливость его ожидания. В различных местах Священного Писания подчеркивается то один, то другой из этих моментов. В Послании к Римлянам апостол Па вел прямо указывает на сверхъестественный характер надежды, обращенной к Богу: Мы спасены в надежде. Надежда же, когда видит, не есть надежда: ибо, если кто видит, то чего ему и надеяться? (Рим. 8, 24).

Отметим здесь два момента. Первый: надежду связывают со спасением. Пока еще спасение не достигнуто, надежда сама по себе уже есть начало, есть уже зерно нашего спасения. Второй: христианская надежда направлена на невидимое, ибо все видимое принадлежит к сфере вещественного, подлежащего постоянной перемене: на видимом не может строиться надежда, понимаемая как богословская добродетель: Видимое временно, а невидимое вечно (2 Кор. 4, 18).

Элемент доверия, как свойства надежды, выделяется апостолом там, где надежда по своему значению близко стоит к вере: Если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков (1 Кор. 15, 19, см. также: 2 Кор. 1, 10; 3, 12; Флп. 1,20).

Терпение, как свойство надежды, подчеркивается апостолом Павлом там, где надежда выплавляется из скорби, которою апостол «хвалится», зная, что от скорби происходит терпение, от терпения опытность, от опытности надежда (Рим. 5, 3–4). Там, где терпение стоит рядом с надеждой, оно может иметь и самостоятельное значение, как качество, способствующее устойчивому сохранению надежды ...чтобы мы терпением и утешением из Писаний сохраняли надежду (Рим. 15, 4). В приведенных словах замечательна еще и та особенность, что «терпение» пополняется для ясности мысли словом «утешение», а оба значения вместе, будучи приложенными к надежде, сообщают ей новый оттенок. Укажем еще на один пример: терпение упования на Господа нашего Иисуса Христа — такова надежда в Послании к Фессалоникийцам (1 Фес. 1,3).

Твердость надежды и упования — это твердость духа в преодолении препятствий на пути к спасению. Надежда сообщает душевным и нравственным силам убежденность, постоянство, неотступность: Мы, будучи сынами дня, да трезвимся , облекшись в броню веры и любви и в шлем надежды спасения (1 Фес. 5, 8). Апостольская уверенность несет в надежде на Бога дух свободы (2 Кор. 3, 17) и дерзновения на ниве стяжания даров Господних: Имея такую надежду, мы действуем с великим дерзновением (2 Кор. 3, 12). Такова в этой связи похвала надеждой (Рим. 5, 2), которая стала возможной через Господа нашего Иисуса Христа, через Которого верою и получили мы доступ к той благодати, в которой стоим (Рим. 5, 1–2). Похвала здесь не есть указание на собственные заслуги, а радость от обогащения надеждой, которая для христианина есть дар Самого Бога.

Поскольку спасение во Христе эсхатологично, надежда, как добродетель, предстает спасительным благом… Или иначе: с пришествием Христа пришло время, когда верующий в Него может, наконец, обладать утешительной достоверностью надежды на спасение. Поэтому момент терпеливого ожидания, на что указывалось выше, есть для христианина также и дар Духа Божия (Гал. 5, 5), а пребывание в надежде есть и пребывание в Духе, ибо когда мы не знаем, о чем молиться, как должно, то Сам Дух ходатайствует за нас воздыханиями неизреченными (Рим. 8, 26). Отсюда и радость надежды (Рим. 12, 12).

Надежда является доверием к Богу, чувством присутствия Божественной искры в человеке; надежда терпеливо уповает на Божий дар, сама являясь даром от Бога, и упование ее есть приближение к Богу.

БОГОСЛОВСКОЕ ОБОСНОВАНИЕ НЕОБХОДИМОСТИ НАДЕЖДЫ НА БОГА

Надежда, как духовная и нравственная потребность человека полагаться на что-либо лучшее (исполнение своих желаний, чаяний), для крестившегося во Христа становится необходимостью, выраженной в Новом Завете в настоятельном наказе совершать молитвы (1 Фес. 5, 17) в надежде Вечной Жизни, которую обещал неизменный в слове Бог прежде вековых времен (Тит. 1,2).

Необходимость надежды христианина покоится на самом факте Крещения во Христа, совершаемом по вере в Него, что дает возможность сказать, что надежда основывается на вере, и без веры она мертва. Можно сказать, что необходимость христианской надежды есть следствие устремленности к Богу: Всё, что делаете, делайте от души, как для Господа, а не для человеков , зная, что в воздаяние от Господа получите наследие (Кол. 3, 23–24). Будьте тверды, непоколебимы, всегда преуспевайте в деле Господнем, зная, что труд ваш не тщетен пред Господом (1 Кор. 15, 58). Воистину надежда необходима в деле спасения, поскольку надеющийся уже самим актом надежды очищает себя, готовясь принять обещанное Богом: Всякий, имеющий сию надежду на Него, очищает себя так, как Он чист (1 Ин.3, 3). Однако необходимость надежды — это необходимость средства, ведущего ко спасению, спасение же достигается через состояние особой благодати и, в конечном счете, через терпение до конца (Мф. 24, 13). Труден и тернист путь спасения, и узки врата, ведущие в Царство Небесное; необходимость надежды на этом пути—это необходимость и уверенность в Боге, к Которому стремится спасающийся.

ОБЪЕКТ И СМЫСЛ НАДЕЖДЫ — ОБРЕТЕНИЕ БОГА

В Священном Писании Нового Завета Царство Небесное — это вечное и непреходящее благо Вечной Жизни. Оно является главной ценностью среди всего обещанного Богом людям, тогда как временные блага поставлены на второй план, ибо имеют подчиненное значение (Мф. 6, 19–20). Господь Иисус Христос призывает искать прежде Царства Божия и правды Его (Мф. 6, 33). Обрести Царство Небесное, чаемое христианами в надежде, — это значит соединиться со Христом в Вечной Жизни.

На Бога возлагает христианин все свои надежды: будь то избавление от смертельной опасности (2 Кор. 1, 9- 10), спасение наших душ (1 Тим. 4, 10; 5, 5) или воскресение мертвых (Деян, 24, 15). Апостол Павел называет Бога Богом надежды, Который исполняет верующих радостью и миром, дабы они силою Духа Святого обогатились надеждою (Рим. 15, 13), ибо Он есть Бог живой ( I Тим. 4, 10), Который даст нам Жизнь Вечную (Ин. 3, 36).

В БОГЕ — ЕДИНСТВО ВЕРЫ И НАДЕЖДЫ

Согласно Священному Писанию Нового Завета, надежда христианина — в Боге, главная цель — обретение Его Царства и Его правды (Мф. 6, 33; 25, 34). Вера и надежда имеют своим утверждением Того, Кого не видим, но Кто является основанием веры нашей (Рим. 8, 24–25). С другой стороны, вера наша — в то, на что надеемся: Вера есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом (Евр. 11 , 1). Бога имеет христианин объектом своей надежды, которая, по словам апостола Павла, живет в нас от той полноты ощущения любви Божией, которую дал нам Отец, чтобы нам называться и быть детьми Божиими (1 Ин. 3, 1).

Обетование, которое Христос даровал нам, есть Жизнь Вечная (1 Ин. 2, 25), и поэтому верующие в Него, знающие, что Он Праведник, должны знать, по апостолу, и то, что всякий творящий правду рожден от Него (1 Ин. 2, 29). Таких апостол называет детьми Божиими , которым еще не всё открылось (1 Ин. 3, 2), но которые полны уверенности и надежды, когда откроется, быть подобными Ему, потому что увидят Его во всей полноте. И всякий, имеющий сию надежду на Него, очищает себя так, как Он чист (1 Ин. 3, 3).

Бог в Своем триединстве — вот надежда христианина. Надежда, как добродетель, не посвященная, не направленная непосредственно к Богу, имеет только моральный характер. Цель же надежды в ее богословском аспекте чрезвычайно трудна и высока, чтобы она могла быть достигнута лишь человеческими силами, без помощи Самого Бога, поэтому надеющийся только на себя отодвигает ее в недосягаемую даль. И Христос призывает отказаться от себя, дабы, идя за Ним, обрести Его, а с Ним — Вечную Жизнь, как главную цель надежды: Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее (Мф. 16, 25); и кто не берет креста своего и следует за Мною, тот недостоин Меня (Мф. 10, 38). В обещанную же Богом Вечную Жизнь, в Царство Небесное можно войти лишь обретя прежде это Царство в себе: Царство Небесное внутри вас (Лк. 17, 21), что опять же возможно лишь с помощью Самого Бога.

Надежда на Бога сообщает внутреннюю высветленность самому акту надежды, который весь направлен на духовное постижение того, что пока еще является объектом веры; смысл надежды, как последовательного, постоянно творимого акта во времени, при соответствующей качественной наполненности его, это — полное обладание тем, что вера открывает и предвещает, что пред взором веры встает как единое и непререкаемое, вечное и всеобъемлющее — видение Бога в Его Божественном явлении.

Итак, надежда, в этом понимании, есть основа духа христианина, утвержденная Самим Иисусом Христом через таинственное соединение с Ним: Пребудьте во Мне, и Я в вас. Как ветвь не может приносить плода сама собою, если не будет на лозе: так и вы, если не будете во Мне... если пребудете во Мне, и слова Мои в вас пребудут, то, чего ни пожелаете, просите, и будет вам (Ин, 15, 4–7). И самую основательную надежду спасения имеет тот, кто безызбыточно отдает душу свою Христу (Мф. 10, 39) и братьям своим в любви: Мы знаем, что мы перешли из смерти в жизнь, потому что любим братьев, не любящий брата пребывает в смерти... Любовь познали мы в том, что Он положил за нас душу Свою: и мы должны полагать души свои за братьев (1 Ин. 3, 14–16). Через любовь достигается мистическое единение людей в Боге: Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает, и любовь Его совершенна в нас (1 Ин. 4, 12), и так же, любовью, Бог пребывает в человеке: Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем (1 Ин. 4, 16).

Благодать — средство, даруемое Богом и ведущее к цели. Надежда, как уверенное ожидание, должна сопровождаться добрыми делами; акт надежды, как духовного состояния, немыслим без проявления и выражения его в делах праведности, и Сын Человеческий, грядущий во славе Отца Своего... воздаст каждому по делам его (Мф. 16, 27).

Освящающая благодать, доступ к которой христиане получают верой в Господа Иисуса Христа, дает основание нам, христианам, по словам апостола Павла, хвалиться надеждою славы Божией (Рим. 5, 2): Надежда не постыжает , потому что любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам (Рим. 5, 3–5).

Пребывание в благодати, как результат обожающего действия Святого Духа, является основанием достойных, богоугодных поступков и дел. Добродетели, ниспосланные нам как дары Святого Духа, сообщают природным, естественным добродетелям главный смысл — искать Царства Небесного. Доступ к благодати открывается всякому крестившемуся во Христа. Через приобщение к смерти Христа крестившийся приобщается и к Его Воскресению, дабы, подобно Его Воскресению из мертвых, славою Отца и нам ходить в обновленной жизни (Рим. 6, 4), в Крещении христианин находится под благодатию Господней: Грех не должен над вами властвовать, ибо вы не под законом, но под благодатию (Рим. 6, 14).

Благодать, содействующая обретению Царства Небесного, как главного в надежде христианина, выступает в Новом Завете как изволение Божие, по которому Бог одаривает (Рим. 11, 5) или отсекает от Своего общения (Рим. 11, 6–10), по вере сердца: Если устами твоими будешь исповедовать Иисуса Господом и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых, то спасешься, потому что сердцем веруют к праведности, а устами исповедуют ко спасению

Похожие рефераты: