Сколько стоит написать твою работу?

Работа уже оценивается. Ответ придет письмом на почту и смс на телефон.

?Для уточнения нюансов.
Мы не рассылаем рекламу и спам.
Нажимая на кнопку, вы даёте согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь с политикой конфиденциальности

Спасибо, вам отправлено письмо. Проверьте почту .

Если в течение 5 минут не придет письмо, возможно, допущена ошибка в адресе.
В таком случае, пожалуйста, повторите заявку.

Спасибо, вам отправлено письмо. Проверьте почту .

Если в течение 5 минут не придет письмо, пожалуйста, повторите заявку.
Хотите промокод на скидку 15%?
Успешно!
Отправить на другой номер
?Сообщите промокод во время разговора с менеджером.
Промокод можно применить один раз при первом заказе.
Тип работы промокода - "дипломная работа".

История инквизиции

Санкт-Петербургская Евангелическая Богословская

Академия


История инквизиции”


Предмет: “История Церкви – В”

Преподаватель:

Студент: Коптяев Алексей Валентинович,

4 курс, заочного отделения


Проверил: _____________________


Санкт-Петербург


Введение.

Предыстория Инквизиции

Деятельность инквизиции.

Следствие

Наказания

Методы расследования

Светская власть и аутодафе

Санбенито

Конфискации

Особенности воздействия инквизиции на систему европейского права.

Деятельность инквизиции в области дипломатии.

Инквизиция в Германии.

Инквизиция во Франции.

Инквизиция в Италии.

Инквизиция в Англии.

Инквизиция в Португалии.

Инквизиция в Мексике.

Инквизиция в Перу.

Инквизиция в Испании.

Торквемада

Преследования иудеев.

Хименес

Мориски

Конец Инквизиции. Вывод.

Библиография.



    1. Введение.

Грустно размышлять о пытках и крови во имя Христа. Подобные размышления рождают неизбежный вопрос: если на одну чашу весов положить добро, а на другую — зло, порожденные христианством, то какая из них перевесит?

Воистину очень редко следовали люди простому учению Иисуса Христа. Уж слишком простым казалось это вероучение людям, любящим богатство и особенно — власть. Каким образом можно достичь власти, следуя христианскому учению? Какой преходящей славы могли бы достичь эти люди, отрекшись от мирских благ ради того, чтобы проповедовать простое учение: “Любите друг друга”?

Разве при такой жизни можно было обрести великолепие, пышные обряды, немалые доходы, роскошные резиденции? Однако все это были знаки власти, нужные для создания гипнотического состояния, когда люди угождают самим себе, делая вид, что угождают Богу.

Существует немало примеров в истории, когда благородное дело начатое группой подвижников в финале вырождалось из-за нашествия людей, которые присоединением к этому начинанию преследуя свои личные корыстные цели. Так произошло и с Католической Церковью, по мере становления огромной всеевропейской организацией все больше и больше служителей оказывалось порочными, корыстными лицемерами. Это не означает, что не осталось в церкви людей подобных св. Франциску, но их количество в общей массе оказалось ничтожным. Падение нравов среди служителей церкви достигло небывалого размаха. Богатые прелаты имели в подчинении целые армии, вели войны с соседними феодалами, грабили окрестное население непомерными налогами приводя в оправдание Священное Писание (написанное на латыни и недоступное в то время большинству населения), имели гаремы и вообще вели себя не сообразно с саном. В других местах наоборот существовала практика ограбления епископов нижестоящими священниками, как пример можно привести такой факт один из епископов Лангедока был принужден сам мыть кормить и запрягать своего мула, в котором состояло все его имущество. Стоит упомянуть так же о практике продажи церковных должностей (симонии). Самые высокие положения в церковной иерархии часто занимали люди абсолютно недостойные подобной чести. Существовала возможность совершения покаяния по доверенности, также можно было вступить по доверенности в брак. Все это не добавляло стабильности на европейском континенте.

Христианское вероучение было легко проповедовать, но нелегко претворить в жизнь. Этим же людям нужно было нечто такое, что трудно было бы проповедовать, но легко воплотить в жизнь. Нужны были легенды, внушающие людям страх, потому что страх — составная часть власти. Простота учения должна была быть окутана мистицизмом ради славы высших жрецов власти.

Таким образом, простое вероучение обрастало догматами, так что самое семя, посеянное Христом, оказалось забытым и заброшенным. На смену странствующим проповедникам, которые, раздав свое состояние бедным, шли за Учителем, пришли могущественные люди церкви.

А так как для них церковные догматы были важнее, чем слова Христа, они повели борьбу и между собой, чтобы заставить друг друга подчиняться этим правилам. При этом они не забывали своего Учителя и постоянно к нему взывали. Тысячи людей были подвергнуты жестоким пыткам, часть была замучена, часть сожжена на кострах, были измышлены многие изощренные жестокости, и все это делалось во имя Того, кто заповедал своим последователям любить друг друга.

Инквизиция была одним из самых жестоких учреждений, созданных людьми.

    1. Предыстория Инквизиции

Когда в начале XII в. папа Иннокентий III приказал начать преследования еретиков, он тем самым провозгласил рождение инквизиции, хотя, как таковая, она была создана на постоянной основе лишь при папе Григории IX. Сам термин “инквизиция” был уже известен, но до XII в. еретиков редко сжигали за отказ принять учение католической церкви.

Динсли в “Истории средневековой церкви” упоминает один случай в 1075 г., когда был сожжен последователь ереси катаров, и еще один в 1114 г., когда разъяренная толпа вытащила еретиков из тюрьмы и сожгла их. Но лишь когда церковь сочла опасным оставлять в живых людей, не разделявших ее учения, была основана Великая инквизиция.

Само слово “ересь” (от греч. “хайрезис”, “выбор”) должно было заставить задуматься преследователей, будь у них хоть крупица смирения (без чего нет истинной мудрости), имеют ли они право таким жестоким образом вмешиваться в процесс мышления других людей. Но преследователи, как люди слепой веры, не имели жалости к тем, у кого такой веры не было, и подвергали их духовным и физическим страданиям лишь за то, что те не принимали их догм.

Преследования тех, кто думал иначе, чем остальные, были всегда, но на заре истории религии, когда люди, казалось, были менее цивилизованными, не было ничего, подобного ужасам инквизиции. Много писали о преследованиях римлянами христианских мучеников, но подсчитано, что число жертв инквизиции при Филиппе II Испан-ском на многие тысячи превосходит количество погибших по приказу римских императоров. К тому же римляне были язычниками и не имели заповеди любить друг друга.

С V в., когда орды варваров положили конец великой Римской империи, и до XII в. хотя и были религиозные преследования, но находились люди, которые не принимали определенные церковные догмы и выдвигали собственные идеи, казавшиеся им лучшими. Среди них были катары, гностики, ариане, манихеи и вальденсы.

В 1198 г. был избран новый папа — Иннокентий III. Он был полон решимости покончить с ересями и повсеместно распространить святую католическую веру. Папа знал, как обстоит дело на юге Франции, и решил положить конец тридцатилетнему попустительству. Прежде чем начать преследования, он попытался действовать убеждением, и во Францию были отправлены миссионеры. Доминик и епископ Озмский проповедовали среди альбигойцев с большим энтузиазмом, но те любили свою привольную жизнь и свободу дискуссий, и смиренные проповедники произвели на них не большее впечатление, чем прежние посланцы папы. Альбигойцы хотели, чтобы их оставили в покое, и они могли бы дать простор своим умствованиям. Миссионер Пьер де Кастельно потребовал принятия суровых мер против еретиков. Папа Иннокентий III заявил, что выступить против еретиков есть долг всех, кто любит церковь. Он отдал приказ королю Франции Филиппу II начать крестовый поход против еретиков. Так в 1208 году началась война против альбигойцев.

Альбигойские войны, посеявшие семена инквизиции, вскоре перестали быть религиозными и превратились в завоевательные войны под флагом религии. Именно богатые люди становились чаще всего жертвами инквизиции. Отчего это происходило? Оттого ли, что они были еретиками, или из-за их богатства? Точного ответа на этот вопрос не дашь, так как мотивы людей обычно являются скрытыми.

Папа Григорий IX основал инквизицию в 1232 г. о булле говорилось, что все еретики подлежат отлучению от церкви. Осужденных за ересь не должна наказывать церковь: для исполнения наказания они передаются светским властям. Нераскаявшиеся подлежали публичному сожжению, а те, кто раскаялся, вечному заточению. Всех, кто помогал еретикам следовало отлучать от церкви, а тех, кто вступит в дружбу с отлученными, также отлучать. Дети еретиков на два поколения лишались права занимать любые общественные должности.

Инквизиторами, наводившими ужас на всех окружающих, были доминиканцы и францисканцы – представители орденов, основанных двумя благочестивыми людьми, которыми двигало желание служить Христу, - св. Домиником и св. Франциском. Может быть, есть ирония судьбы в том, что именно представители этих орденов были первыми инквизиторами?

    1. Деятельность инквизиции.

      1. Следствие

Следствие инквизиции держалось на трех основных китах: розыске, доносах и сыске. Но основным из этих трех инструментов на начальном этапе являлся розыск. Инквизитор был принужден совершать постоянные объезды подведомственного ему участка. Приезжая в тот или иной населенный пункт, он объявлял, так называемый, срок милосердия, в течение которого все окрестные еретики могли прийти и покаяться перед лицом инквизиции. По окончанию этого срока инквизитор начинал розыск. Если имелись покаявшиеся еретики, то он заставлял их выдать своих бывших единоверцев. Если же таковых не оказывалось, то инквизитор принуждал под присягой всех местных жителей указать подозрительных или еретиков. Арестовав вновь выявленных еретиков, он под конвоем препровождал их в центр епископии, где и начинал допрос. Почти с первых же шагов инквизиция начала применять пытки, как физические, так и нравственные.

Единственным поводом отвода свидетелей являлась смертельная вражда, но инквизиция не практиковала сообщение имен свидетелей подозреваемым. Единственным его шансом было назвать его злейших врагов, надеясь, что свидетель попадет в их число. Инквизитор совмещал в одном лице обязанности судьи и обвинителя, а адвокат обвиняемому в ереси не полагался, да и любой защитник мог быть обвинен в сочувствии ереси и тут же занять место своего подзащитного. Инквизитор имел право назначать себе помощников и охранников, которые пользовались церковной неприкосновенностью и обладали полной свободой притеснять, унижать население. Отличительной особенностью инквизиторского следствия была его значительная протяженность во времени, иногда до десяти лет. Все действия и слова обвиняемого равно как и обвинительное заключение фиксировались в двух экземплярах. Подобная организация делала невозможным для еретиков укрыться в другом государстве. Так как при необходимости копия могла быть послана вслед за ним. Поняв, что существует огромное количество лжесвидетелей, инквизиция ввела следующее правило: " Если кто-либо уличен в лжесвидетельстве, на него должно быть наложено суровая епитимья, но показания его из дела изыматься не должны".

Единственным шансом на спасение от системы, которая считала любого арестованного заранее виновным, заключалось в полном признании и раскаянии на первом же допросе. Если же человек упорно настаивал на своей невиновности, то его как закоренелого еретика выдавали в руки светской власти.

Основной целью инквизиции по понятию было вырвать души грешников из когтей Сатаны, а то, что происходило в это время с телом значения не имело. Во время крестового похода против альбигойцев было сформулировано еще одно правило: "лучше отправить на тот свет десять добрых католиков, чем дать уйти от правосудия хоть одному еретику". В борьбе за такую важную вещь, как человеческая душа, цель оправдывала применение любых средств.

      1. Наказания

Инквизиция накладывала обычно три вида наказания: епитимья, тюремное заключение и передача в руки светской власти, что означало костер. Епитимья могла заключаться в пожизненном ношении крестов, паломничестве по святым местам, внесении определенного пожертвования на благие дела. Но это только самые распространенные методы, вообще епитимья была ограничена только фантазией инквизитора. Тюремное заключение подразумевало под собой отбывание срока в узкой, душной камере на хлебе и воде, иногда в ручных и ножных кандалах, возможно прикованных к стене, в предельно антисанитарных условиях. Средняя продолжительность жизни в подобном заключении составляла три года. Но иногда были амнистии замещение тюремного заключения на строгую епитимью. Выдача в руки светской власти подразумевало под собой сожжение заживо. Церковь не отказывалась даже от преследования покойников. Уже умершего еретика могли приговорить к сожжению. Это подразумевало под собой изъятие останков из могилы с последующим сожжением и конфискация имущества.

      1. Методы расследования

Людей, заподозренных в ереси, доставляли в особую камеру в здании инквизиции. Здание это официально именовалось “Каза Санта”, т. е. Святая палата. Для осуждения их достаточно было двух свидетельств, если только они не слишком противоречили друг другу. Инквизиторы делали все, чтобы воздействовать на психику человека. Комната обычно была задрапирована черной материей, сквозь окна не проникало света. На столе, покрытом черным бархатом, стояло распятие и шесть горящих свечей, а также лежала Библия. У стола стояла кафедра, за которой сидел секретарь, зачитывавший список преступлений, вменяемых задержанному. За столом сидели инквизиторы в белых монашеских одеждах с черными клобуками. Позади пленника в ряд выстраивалась стража, доставившая его в здание инквизиции. Старший инквизитор обычно некоторое время не обращал внимания на арестованного, делая вид, что поглощен изучением бумаг, лежавших на столе. Это делалось по инструкции, а также с целью увеличить тревогу и растерянность пленника. Потом секретарь задавал вопросы о его имени, адресе и т. п., а старший инквизитор, отложив бумаги, спрашивал, знает ли подозреваемый, за что он арестован. Бедняга отвечал, что не знает за собой никакой вины, после чего инквизитор снова углублялся в чтение. Затем у несчастного допытывались, есть ли у него враги, как часто он исповедуется, какого он прихода, кто духовник и когда подозреваемый последний раз был на исповеди.

Цель допросов состояла в том, чтобы заставить задержанного покаяться, а также, по возможности, обвинить в ереси своих родственников и знакомых. Если, однако, человек упорно молчал в ответ на задаваемые вопросы, то применялась иная тактика. Инквизитор делал вид, что сочувствует пленнику, говорил, что не желает ему вреда, что он, смотрит на пленника как на заблудшее дитя и желает, чтобы он возвратился на путь истинный. Для этого необходимо покаяться, и тогда узник снимет бремя греха со своей души, почувствует облегчение и получит прощение церкви. Но искреннее раскаяние предполагает ненависть к ереси. Поэтому покаявшийся должен назвать имена других людей, совершающих грех втайне. Покаявшиеся должны и другим дать возможность покаяться. Этот прием действовал достаточно успешно. Если это не помогало, заключенного снова вызывали к инквизиторам, которые подвергали его перекрестному допросу, быстро задавая вопросы до тех пор, пока утомленный и сбитый с толку узник не начинал противоречить самому себе. Тогда ему говорили, что он лжет, и уводили. После этого его должны были отправить в камеру пыток.

Со времен Торквемады пытки стали важной частью деятельности инквизиции. Прежде они применялись не часто. Согласно статье 15 “Указаний” Торквемады, инквизиция имела право применять пытки в случае, когда грех ереси считался “полу доказанным”. Пытка состояла из нескольких этапов, причем благочестивые инквизиторы именовали ее не пыткой, а допросом. Первой стадией было запугивание применением пыток. Вторым этапом был визит в камеру пыток, где инквизиторы демонстрировали пленнику все орудия пыток, находившиеся в их распоряжении. Этот этап считался очень важным. На третьем этапе, который должен был еще больше запугать арестованного, его раздевали и готовили к началу пытки. На четвертой стадии ему демонстрировали то орудие пытки, которое должно было быть к нему применено. Если он и на этот раз не каялся в ере си и не называл сообщников, то пытка начиналась.

Согласно закону, запрещалось повторять пытку, и человек, после первого испытания настаивавший на своей невиновности, не должен был подвергаться повторным испытаниям. Поэтому инквизиторы стремились обойти закон, не “повторять”, а продолжать пытку как можно дольше, давая жертве лишь краткие передышки. Чаще всего в тюрьмах инквизиции применялись дыба “подъемник”, и пытка водой. “Подъемник”: жертве связывали руки за спиной и начиная медленно поднимать с помощью блока, так, чтобы все тел держалось на руках. Через несколько минут человека опус кали вниз и предлагали покаяться. Если же он отказывался, его поднимали снова, а если и после этого он не признавал себя виновным, могли привесить к ногам гири. Когда, человек терял сознание, его снимали, давая ему передышку, чтобы через некоторое время повторить все сначала. Распространена была в тюрьмах инквизиции и пытка водой. В этом случае жертву привязывали к наклонной лестнице, так, чтобы человек не мог пошевелить ни руками, ни ногами, рот насильно держали открытым, ноздри закрывали деревянными затычками, а рот прикрывали куском ткани. Затем жертве медленно наливали воду в рот из кувшина. Человек автоматически делал глотательные движения, и вместе с водой в горло попадала ткань. Потом полуживому от удушья арестанту давалась передышка, чтобы через некоторое время все повторить вновь.

Такие ужасные пытки, как закапывание живых людей в землю, применялись инквизицией в Нидерландах во время свирепых карательных операций с целью превращения протестантской страны в католическую.

      1. Светская власть и аутодафе

Если обращение инквизиции с тысячами узников вызывает негодование, то способ вынесения им приговора мог бы вызвать смех. Эти благочестивые церковники, пытавшие заключенных, не могли вынести смертного приговора, потому что христианин не должен проливать кровь ближнего! Поэтому инквизиторы, полные решимости отправить своих жертв на костер, предпочитали, чтобы это выполнил кто-нибудь другой. Тогда они могли умыть руки и сказать: “Мы сделали все от нас зависящее, чтобы вернуть этих людей в лоно церкви. Нам не удалось этого добиться, так что теперь мы можем лишь оставить их светской власти”.

Эти люди тщательно выбирали выражения и употребляли слово “оставить”, а не “передать” (также как о пытке говорили не “повторялась”, а “прерывалась”). Таким образом, они, очевидно, надеялись убедить Бога, как они себе Его представляли, в своей правоте. Этой же цели служило и поспешное “отпущение грехов” в случае внезапной смерти допрашиваемого. Желая показать, что не виновны в убийстве, инквизиторы заявляли: “Церковь больше не может вам помочь. Она отвергает вас и оставляет светской власти, впрочем ходатайствуя о том, чтобы она обошлась с вами милостиво, без пролития крови и по возможности не предавая вас смерти”.

Но представители светской власти быстро поняли, что эти “ходатайства о милосердии” являются формальными, и от них в действительности требуется совсем иное. Считалось, что светская власть, в соответствии с законом, должна предавать еретиков смерти. Это началось со времени действия буллы Иннокентия IV в XIII в., согласно которой представители светских властей обязаны были казнить еретиков под угрозой отлучения от церкви.

Приговоры еретикам оглашались публично, при большом стечении народа. Эти варварские церемонии получили название “акты веры” — “аутодефе” (на испанский лад), или “аутодафе” (на португальский лад). Их старались проводить по воскресеньям, так как воскресенье считалось святым днем, и в этот день больше людей могли стать свидетелями казни. Считалось полезным, чтобы люди знали, что бывает с теми, кто против Святой церкви. Аутодафе рассматривалось как маленькое подобие Судного дня.

Инквизиторы обладали правом отпущения грехов, и, несомненно, многие из них пользовались этим правом, чтобы получить нужную им информацию. Инквизиторов в силу их особого положения мог отлучить от церкви только сам папа римский. Светская власть рассматривала инквизиторов как своих слуг и, конечно, склонна была их защищать. Эта защита распространялась и на тех, кто служил под началом инквизиторов, — викариев, компаньонов, фамильяров, нотариусов и многих других слуг инквизиции.

Викарии были своего рода заместителями инквизиторов. Викарии замещали инквизиторов, когда те отсутствовали или были заняты очень важными делами; кроме того, эти помощники инквизиторов делали рутинную работу. Компаньоны сопровождали инквизиторов во время путешествий. Они не имели постоянного поручения, но выполняли при инквизиторах роль советников. Фамильяры являлись полицией и охраной инквизиции. Они обычно не были духовными лицами, но представляли собой полурелигиозный орден. Фамильяры также нередко посещали узников в тюрьмах, чтобы, дружески беседуя с ними, уговорить их покаяться или заставить проговориться. Никого не интересовало происхождение фамильяров и их профессия до поступления на эту службу. Главное, что они были удобными шпионами. Они легко могли притвориться обычными мирянами. Если не считать самих инквизиторов, фамильяры из всех представителей этого ведомства выглядят наиболее зловеще. Нотариусом хотел быть далеко не всякий слуга инквизиции, так как эта должность была очень скромной, но в то же время требовала достаточного уровня образования. Нотариусы должны были записывать все вопросы и ответы во время допросов, причем по-латыни, что создавало для них дополнительные трудности.

Многих осужденных приговаривали к “вергуэнса” (позору). Это было наказание для тех, кто признал себя виновным в ереси и попросил о примирении с церковью. Все они, независимо от погоды, должны были пройти по улицам, раздетые до пояса. Во главе этой процессии шли фамильяры. Каждый из раскаявшихся нес незажженную свечу - это, согласно символике инквизиции, означало, что эти несчастные еще не “узрели свет”, но свечи даны им в знак надежды. Когда церковь снова примет их, им будет разрешено зажечь свечи. У церковных дверей процессия останавливалась. Затем полуобнаженные мужчины и женщины входили в церковь, а два священника, стоящие у дверей, ставили на лоб входящим знак креста, что означало новое обретение креста для этих раскаявшихся еретиков.

В церкви раскаявшихся ожидали инквизиторы, а над алтарем висел зеленый крест — Эмблема инквизиции. Нотариус оглашал имена приговоренных и объявлял о наказании, которое их ожидало. Оно состояло в том, что все эти люди в течение шести пятниц подряд должны были, так же раздетые до пояса, проходить по улице, подвергаясь при этом бичеванию. По окончании этого срока они навсегда лишались права занимать почетные должности, носить ювелирные украшения и роскошные одежды, а кроме того, должны были отдать инквизиции пятую часть своего достояния. Всем этим людям делалось мрачное предупреждение.

Само слово “аутодафе” вызывало страх, но была в нем и какая-то мрачная гипнотическая сила. Эти акции происходили по праздничным дням и вызывали больше эмоций, чем знаменитые традиционные “бои быков”. В то же время людям, конечно, давали понять, что это не развлечение в обычном смысле, но религиозная церемония. Инквизиторы вовсе не желали, чтобы в такие дни люди предавались веселью или как-то нарушали порядок, что было бы греховно. Поэтому аутодафе начинались утром и заканчивались перед сумерками, но не проводились в ночное время.

Вечером накануне аутодафе осужденных еретиков приводили в Святую палату инквизиции и объявляли, что назавтра их сожгут. В качестве “милости” инквизиторы приставляли ко всем осужденным священников, которые и всю ночь должны были уговаривать их покаяться и спасти свои души; что касается их тела, то хотя они должны быть казнены за свои грехи, но если они покаются, то будут удавлены до сожжения.

На следующее утро всех осужденных, одетых в “санбенито”, выводили из тюрьмы. Начиналась церемония аутодафе. Возглавляла процессию группа лиц, которая несла зеленый крест, задрапированный черной материей. За ними шли фамильяры. Далее следовал священник. Он нес церковную облатку (символ Тела Христова), и все люди в толпе должны были при его приближении становиться на колени. Затем снова шли фамильяры, а за ними — осужденные еретики. Каждого из приговоренных к сожжению сопровождало два доминиканца, чтобы в эти последние часы склонить его к спасению души. Таким образом инквизиция хотела продемонстрировать свое милосердие. Следом за осужденными несли портретные изображения еретиков, которым удалось бежать из Испании, а также вырытые тела тех, кто был осужден за ересь посмертно. Очевидно, эта часть шествия производила наиболее мрачное впечатление. Далее следовали инквизиторы со знаменами, а за ними — полицейские и мелкие чиновники инквизиции. По обе стороны процессии шли строевым шагом солдаты с алебардами.

На соборной площади, где обычно и происходило завершение аутодафе, сооружали два помоста с установленными на них скамейками. На одном из них должны были сидеть осужденные еретики, так чтобы их могла видеть толпа, и все, кто хотел показать, что они хорошие католики, подвергали их всякого рода оскорблениям. Рядом с осужденными сидели монахи, которые продолжали убеждать их покаяться. На этом же помосте находились мертвые тела и чучела еретиков, подлежащие сожжению. На втором помосте сидели инквизиторы и их слуги; там же находились крест и алтарь.

Священники служили мессу и читали проповедь, после чего Великий инквизитор декламировал торжественную клятву верности инквизиции, которую обязаны были, став на колени, повторять за ним все присутствующие. Затем следовала церемония передачи осужденных в руки светской власти, поскольку церковь уже сделала все от нее зависящее. При этом зачитывали подробный список грехов и преступлений всех осужденных — от получивших самое легкое наказание до приговоренных к сожжению на костре. Священник обращался к светской власти с просьбой “проявить милосердие” и не проливать кровь. Но ведь сожжение на костре и происходило без пролития крови. Однако инквизиторы считали, что их не в чем упрекнуть. Они просто отчаялись спасти души этих упрямых еретиков. Из толпы раздавались возгласы одобрения. Аутодафе у многих вызывало чувство экзальтации, к которому примешивался страх. Длительная религиозная церемония, сопровождавшаяся пением монахов и колокольным звоном, должна была производить на людей гипнотизирующее действие, словно освящая все происходящее.

В толпе у многих людей, очевидно, невольно возникали вопросы: когда произойдет очередное аутодафе? Когда можно будет снова видеть осужденных еретиков, проклинать их и швырять в них отбросы?! И кто будет следующими жертвами аутодафе? Последний вопрос не мог не вызывать невольных опасений у многих, даже самых простых людей в толпе зрителей. Кто же станет следующим?


      1. Санбенито

Позорное одеяние еретиков именовалось “санбенито” (искаженное в разговорной речи “saco bendito”). Оно было введено еще св. Домиником. До Торквемады “санбенито” представлял собой простую тунику, но Великий инквизитор преобразовал этот наряд, чтобы с его помощью усилить страдания еретиков. Это было одеяние наподобие плаща, с дырой наверху, чтобы его можно было надевать и снимать через голову, сшитое из желтой мешковины, с вышитыми красными крестами.

Тип “санбенито” зависел от характера греха, и осужденные должны были носить его в определенное время. Одним предписано было надевать эту одежду по праздникам и воскресеньям, другим же постоянно. Люди сторонились тех, кто носил такие одежды.

Подозреваемые в ереси в “легких случаях” носили “санбенито” без креста, в “более тяжелых случаях” — с одной палочкой от креста спереди и сзади, а в случае “тяжких обвинений” — с полным знаком креста. К ношению этой